Медицина в Древней Месопатамии и Древнем Египте



Скачать 354,25 Kb.
Дата23.06.2015
Размер354,25 Kb.


Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Санкт-Петербургский Государственный Медицинский Университет

имени академика И.П.Павлова
Кафедра Истории Медицины
РЕФЕРАТ

на тему:


«Медицина в Древней Месопатамии и Древнем Египте»

Выполнил: студентка 187 группы

стоматологического факультета

Туркаловой Алины

Научный руководитель:

Лариса Генадьевна Кондрашкина

Санкт-Петербург

2010


Оглавление


Медицина в Древней Месопатамии. 4

Медицина в Древнем Египте. 6

Три периода медицины в Египте. 6

Древнеегипетские папирусы. 13

Особенности медицины в Древнем Египте. 16

Хирургия в Древнем Египте. 19

Стоматология в Древнем Египте. 22

Антисептика и гигиена в Древнем Египте. 22

Медикаменты в Древнем Египте. 24

Косметолгоия и дерматология в Древнем Египте. 24

Акушерство и гинекология в Древнем Египте. 25

Военная медицина в Древнем Египте. 27

Бальзамирование в Древнем Египте. 27

Иридодиагностика в Древнем Египте. 28

Список используемой литературы: 29

Медицина в Древней Месопатамии.


Древний Восток был колыбелью классовых об­ществ и государств. Здесь ранее, чем где-либо на земном шаре, совершился переход от перво­бытно-общинного строя к рабовладельческому.

Самые древние исторические памятники че­ловеческой культуры обнаружены в Двуречье (междуречье Тигра и Евфрата), или Месопотамии, как назвал этот цветущий край древне­греческий историк и путешественник Геродот. Южная Месопотамия, отличавшаяся особым плодородием, стала колыбелью цивилизации шумеров. Именно здесь возникло древнейшее рабовладельческое государство на нашей плане­те — Шумерийское царство. Крупнейшим до­стижением шумеров было изобретение письмен­ности (клинописи) в IV тысячелетии до н. э. Их знания в области математики, сельского хозяйства, изобразительного искусства, лите­ратуры были весьма значительными. Впослед­ствии они перешли к соседним народам, а от них — к грекам, римлянам, арабам, и, таким об­разом, стали достоянием культуры почти всего человечества. К сожалению, достоверных сведе­ний о развитии медицины в этом древнейшем государстве история пока не имеет.

На основе цивилизации Древнего Шумера в Месопотамии сформировалось могущественное рабовладельческое государство — Вавилонское царство. Своего наивысшего расцвета оно до­стигло во времена правления Хаммураби (1792—1750 гг. до н. э.), выдающегося государ­ственного деятеля древности.

Одновременно в Двуречье вокруг древнего города Ашшура формировалось Ассирийское царство. Его главные города уже в XXV веке до н. э. имели водопровод и канализацию.

В VII веке до н. э. Древняя Вавилония и Древняя Ассирия были захвачены персами и цивилизации Месопотамии утратили свое бы­лое могущество.

В 1901 г. при раскопках древнего города Сузы в Месопотамии французская археологиче­ская экспедиция под руководством Ж. де Морга­на обнаружила стелу (вертикально стоящую плиту) из черного базальта высотой 2,25 м: Верхнюю часть ее лицевой стороны украшал рельеф с изображением двух фигур: справа на троне сидел бог солнца и справедливости Шамаш, а перед ним в почтенной позе стоял царь Хаммураби, принимающий из рук бога атрибуты царской власти — жезл и обруч. Всю остальную поверхность стелы с лицевой и обратной стороны покрывали знаки вавилон­ской клинописи. Это были 282 параграфа Ко­декса Хаммураби, явившегося древнейшим из дошедших до нас законодательств мира. Из него мы узнаём, что в Вавилонском государстве все общество делилось на три основных сословия: свободных, вольноотпущенников и рабов (на теле раба, согласно законам, выжига­лись или вырезались особые знаки). Вознаграж­дение врачу за оказание медицинской помощи определялось общественным положением боль­ного: за успешную операцию он получал от свободного человека 10 сиклей серебра, от воль­ноотпущенника — 5, а от хозяина вылеченного раба — 2 сикля серебра. Для сравнения отме­тим, что годовая плата за хороший дом в Вавилонском государстве составляла 5 сиклей серебра, а дневная заработная плата ремеслен­ника — всего лишь 1/30 сикля серебра. Из кодекса Хаммураби также ясно, что медицина в Древней Вавилонии была достаточно развита: врачи успешно лечили болезни внутренних органов, выполняли сложные хирургические операции (например, удаление катаракты). По всей вероятности, они проходили солид­ную профессиональную подготовку при храмах или в светских медицинских школах в Уруке, Борсиппе и других городах. Однако, несмотря на высокое общественное положение врачей, их ошибки жестоко наказывались:

«218. Если врач, делая кому-нибудь тяже­лый надрез бронзовым ножом, причинит смерть (этому) человеку или, снимая с чьего-нибудь глаза бельмо бронзовым ножом, повредит глаз (этого) человека, то ему должно отсечь руки.

219. Если врач, делая тяжелый надрез брон­зовым ножом рабу вольноотпущенника, причи­нит ему смерть, то он должен отдать раба за раба».

Иными словами, смерть раба расценивалась не более как уничтожение имущества его госпо­дина, которому виновный и должен был воз­местить этот убыток. В этом законе, как в капле воды, отображена вся сущность эпохи рабовла­дения.

Медицина в Древней Месопотамии была тесно связана с религией и астральным миро­воззрением (от лат. astrum — звезда). Идеа­листическое по своей сути, оно было основано на длительном наблюдении за разливами р. Тигра и Евфрата, которым соответствова­ло определенное положение звезд на небосводе. С позиций вавилонских и ассирийских астро­логов, над звездами стояли боги, которым под­властно их движение, а значит и управление всем происходящим на земле, включая разли­вы рек, здоровье и болезни людей.

Об этом рассказывают тысячи обожженных глиняных табличек с текстами, найденные при раскопках дворца ассирийского правителя Ашшурбанипала (668—626 гг. до н. э.) в Куюнджике, близ Моссула. Будучи одним из наиболее образованных людей своего времени, Ашшурбанипал собирал литературные памят­ники Шумера, Вавилонии и Ассирии. Он содер­жал целую армию писцов-копиистов, которые в поисках глиняных табличек путешествова­ли по всей Месопотамии. Собранная таким об­разов библиотека Ашшурбанипала содержала около 2 тыс. табличек медицинского содержа­ния. Из них ясно, что в Древней Месопотамии исход болезни часто определяли при помощи специального астрологического календаря, положения светил (отсюда крылатое выраже­ние «под счастливой звездой») или посредством гадания на различных органах жертвенных животных. Подобные религиозные представ­ления тормозили развитие медицины. Лечение также признавалось уделом и таинством бо­гов, отсюда — заклинания, молитвы, амулеты, жертвоприношения. Во время религиозных ри­туалов жрецы умело применяли веками про­веренные лекарственные средства из арсенала народной медицины,— клинописные таблички донесли до нас многочисленные описания спо­собов приготовления и применения различных лекарств растительного, животного и минераль­ного происхождения.

Медицина в Древнем Египте.


Египет, так же как Индия и Китай, является колыбелью человеческой цивили­зации, страной, внесшей огромный вклад в историю мировой культуры.

Три периода медицины в Египте.


Египетская медицина является одной из самых древних. Как и общая история Египта, она знает, три периода своего подъема.

Первый период — это древнеегипетская медицина, расцветшая за 2000 — 3000 лет до нашей эры, медицина эпохи создания грандиозных пирамид Хеопса и др. От этой эпохи до нас дошел ряд медицинских папирусов и искусство бальзамировать трупы.

Древнегреческий историк древнего Египта Диодор свидетельствует, что все египетские врачи состояли на службе государства и были обязаны лечить всех боль­ных бесплатно, вплоть до иноземцев, посещавших Египет.

Массовые эпидемические болезни заносились в Египет главным образом извне. «В продолжение долгого времени Египет был одной из самых здоровейших стран ми­ра», — писал в 1829 г. «Вестник естественных наук и медицины»: «Иродот, (Геродот), Диодор, Тацит и пр. не упоминают ни о каких ужасных туземных и свойственных Египту болезнях».

Господствовавшее одно время среди европейских медиков мнение, что в древнем Египте была распространена проказа, было опровергнуто еще в 1897 г. известным нашим бактериологом Г. Н. Минхом.

По новейшим исследованиям немецких врачей, изучавших несколько тысяч мумий (правда, представителей почти исключительно египетской знати), рахит почти совершенно не встречался в древнем Египте, сифилитические. заболевания отмечались очень редко, подагра была найдена только в одном случае, кариес зубов также был чрезвычайно редким явлением.

Конечно, всем этим свидетельствам можно противопоставить и другие (напри­мер, Плиния, Корнелия, Цельса, Лукреция), говорящие о том, что и Египту были не чужды многие заболевания древнего мира.

Нельзя умолчать и о том, что древнеегипетская медицина в значительно боль­шей мере обслуживала господствующие классы, нежели угнетенные низы, и о том, что эта медицина, несмотря на эмпирически верную основу, была сильно «заражена» жреческой мистикой и магией, но тем не менее для древнего мира вплоть до Гиппо­крата египетская медицина была, вероятно, вершиной медицины того времени.

И эта медицина надолго «пережила своих творцов; ее рецепты попадаются у Гиппократа и даже в народной европейской медицине» (Б. А. Тураев).

Второй славный период египетской медицины — это медицина так называемой Александрийской эпохи, когда основанный Александром Македонским город Александ­рия стал крупнейшим торговым центром древнего мира и средоточием эллинизма — культуры, объединившей Грецию и Восток (400—100 лет до н.э.).

Наиболее известный представитель александрийской медицины Эразистрат (умер в 280 г. до н.э.) дополнил взгляды Гиппократа на человеческий организм своим учением о центральномозговой природе способности человека к движению; Эразистрат первый указал на существование чувствительных и двигательных нервов и сделал ряд других важных открытий в области анатомии и физиологии головного мозга, пищеварения и кровообращения.

Немало вложил в медицинскую науку и другой видный представитель алек­сандрийской медицины Герофил — первый врач, произведший вскрытие человеческого трупа.

Врач Аммоний ввел в медицинскую практику литотрипсию — раздробление кам­ней мочевого пузыря. Взгляд александрийских врачей-окулистов на глаукому прибли­жался к взглядам современных врачей на это заболевание.

Третья вершина, достигнутая египетской медициной, приходится на IX—ХIII ве­ка н.э., это так называемая арабская медицина. В этот период была основана ны­нешняя столица Египта — Каир.

В организованное арабами великое мусульманское государство — Халифат —во­шли Аравия, Месопотамия, Сирия, Персия, часть Индии и Туркестана, Египет, вся Северная Африка и Испания.

Арабская медицина создавалась трудами всех народов, объединенных в то вре­мя арабской культурой,— персами, сирийцами, арабами, евреями, испанцами, азер­байджанцами, армянами, таджиками и др. Египтяне также внесли свой вклад в араб­скую медицину.

Больше всего была разработана в арабской медицине медицинская химия и фар­макология.

Арабская медицина присоединила к известным до нее лекарственным средствам много новых, положила начало предварительной проверке лекарств на разных объек­тах, установила точные правила для приготовления отдельных лекарств, создала первые фармакопеи. Весьма важным разделом арабской фармакологии было учение о ядах и противоядиях, наблюдения над побочным действием различных лекарств.

Были разработаны правила заготовок и хранения лекарственных веществ. В араб­ских странах появились первые аптеки. Арабской же медицине принадлежит, в част­ности, приоритет в деле получения и применения в медицине спирта.

В странах арабского Халифата мы впервые встречаемся с зачатками государ­ственной медицины — со специальными должностными лицами по наблюдению за вра­чами и аптечным делом, с экзаменами врачей при государственных медицинских школах и пр.

В важнейшей медицинской школе арабского мира, находившейся в иранском городе Джунджишапуре, городе медиков, скрещивались и обогащались влияния ин­дийской, еврейской, греческой и египетской медицины и оттуда распространялись по всему арабскому миру.

Самой значительной из больниц арабского мира был «великолепный и громад­ный» госпиталь Мансура, основанный в 1283 г. в Каире. Здесь имелись особые отде­ления (дворы) для раненых, страдавших глазными заболеваниями, поносами, особый двор для больных женщин, затем специальные палаты для выздоравливающих, нако­нец, особые помещения для кухни, аптеки и аудитории, в которой главный врач гос­питаля читал лекции. Число больных, как и время их пребывания в госпитале, не было ограничено, и.даже больные, пользовавшиеся услугами врачей госпиталя на дому, снабжались из больницы всем необходимым.

Упадок Египта начался в конце XI века — с так называемых крестовых походов, когда рыцари Западной Европы под флагом христианского креста организовали ряд грабительских вторжений в арабские страны.

В 1516—1517 гг. Египет был завоеван турками. С конца XVIII века Египет стал жертвой колониальной политики европейских государств, в первую очередь Англии и Франции. На национальное восстание Араби-пащи (1881—1882), имевшее целью освободить Египет от влияния иностранцев, английские колонизаторы ответили в 1882 г. бомбардировкой Александрии и английской оккупацией всего Египта. Египет был пре­вращен в жестоко эксплуатируемую английскую колонию.

Плохое состояние здравоохранения и медицины Египта в этот период засвидетельствовано рядом русских авторов.

Один из первых русских людей, посетивших Египет в начале XVIII века (в 1727 г.) — киевский паломник пешеходец Василий Григорович Барский (1701— 1747) — «ступанием своим и пядию измеривший» в течение 24 лет значительную часть Европы, Азии и Африки, отмечая общее санитарное неблагополучие Египта, указывает на резко классовый характер этого неблагополучия: «Град Египет (Каир),— пишет Василий Григорович Барский,— именуется двугубо: Египет ветхий и Египет новий... Ветхий нине зело обетша, стени же и доми падоша многи, обаче нест ввся разорен и пуст, но и нине народ обитает; новий же град мало от ветхого есть отдален, в нем же князи и велможи и богатые купци». В одних и тех же городах одни улицы (центральные) «чисти и пометаемы на всяк день, неции же (окраинные) обретаются полни сметия и нечистот».

Познакомившийся с Египтом во время русской-турецкой войны 1832—1833 гг. Н. Н. Муравьев пишет о нем: «Голод и крайняя нищета суть язвы повсеместные; го­рода в развалинах, деревни оставлены жителями, дома разорены — словом народ, истомленный игом жесточайшего рабства, влачится, так сказать, через развалины к могиле... По наблюдениям поселившихся в Египте европейцев, в урожайные годы нищета еще более возрастает, ибо тогда требования паши (англотурецкого ставлен­ника) выходят из всякой соразмерности».

Тут же Н. Н. Муравьев сообщает о таком факте, уничтожающе обрисовывающем «культуру» англо-французских колонизаторов Египта: «В 1829 г. в одной части Егип­та, в особенности же в городе Розетте, был голод. Народ терпел крайнюю нужду, но не смел приступить к покупке припасов из обширных складов зернового хлеба, хранившегося для отпуска за границу. Продажу разрешили только тогда, когда запасы пришли в порчу, но и то по дорогим ценам с запрещением покупать их где-либо в другом месте. Такие же стеснительные меры были предприняты в Александрии и Каире».

Другой русский автор А. Рафалович, посетивший Египет в 1846—1848 гг., также отмечает нищету и страшную антисанитарию Египта. «Видя столько сот раз примеры чрезвычайной неопрятности и нечистоплотности нынешних египтян (потомков тех египтян, которые несколько тысячелетий тому назад отличались как раз чрезвычайной опрятностью и чистоплотностью), я, наконец, начал думать, — иронически замечает Рафалович,— что они находят какое-то удовольствие и наслаждение жить в грязи». Одновременно Рафалович отмечает показной характер европеизации египет­ских городов: «Мусор и нечистоты, сметаемые с улиц, складываются внутри дворов, и опрятный вид города только мнимый, наружный».

О госпиталях, устроенных в Египте колонизаторами (больше для защиты самих себя от заноса эпидемических заболеваний из кварталов, заселенных коренными жи­телями Египта, нежели для действительной борьбы с заболеваниями последних), А. Рафалович рассказывает следующее: «В Розетте существует казенный госпиталь для больных гражданского ведомства... Небольшие, дурно устроенные палаты... Я на­шел тут всего одного больного. Арабы нигде в Египте не жалуют этих новых учреж­дений и поступают туда весьма неохотно...- Врач больницы есть вместе с тем и эко­ном заведения; ему поэтому выгодно иметь в пользовании много больных, и так как они добровольно не являются, то он по временам делает внезапные набеги на казен­ные фабрики и силою забирает работников, коих здоровье по его уверению требует поправления».

Последняя из этих «экспедиций» врача-эконома подала повод к расследованию: по освидетельствованию захваченных рабочих большая часть их была возвращена на фабрики как совершенно здоровые.

Как бы подводя итог всем своим невеселым впечатлениям от Египта середины XIX века (в то время, когда англо-французские колонизаторы особенно расхваливали результаты своего хозяйничанья в Египте), А. Рафалович пишет в предисловии к своей книге: «Описания мои не сходятся с блестящею картиною Египта, находимой в книгах других исследователей», и не без иронии прибавляет: «Такое противоречие зависит, может быть, от различных способов путешествия по этому краю. Обыкновенно запад­ные туристы останавливаются на некоторое время только в Александрии и Каире, где живут в хороших гостиницах, устроенных теми же европейцами; из деревень они ви­дят лишь прибрежные, и то чаще всего с палубы своей баржи или быстрого парохо­да; памятники древности, развалины и мумии занимают их гораздо больше, чем фел­лахи живые и нынешние селения».

Посетивший Египет в 1889 г. врач Ф. Ф. Кетлинский также отмечает большое санитарное неблагополучие Египта и высокую заболеваемость населения, в частности глазами. «При первых же шагах на африканской почве — говорит он,— приезжего неприятно поражает громадное количество слепых и вообще больных глазами».

Останавливаясь на отдельных фактах колониальной эксплуатации Египта со сто­роны европейцев, Кетлинский пишет: «Громадное большинство прибывающих в Египет европейцев явилось в страну фараонов для служения Мамоне, оставив в Европе все высокие идеалы», и в другом месте: «Французы и англичане особенно повинны в на­хальном и хищническом обирании несчастной земли».

Вместе с тем Кетлинский отмечает природную даровитость египтян и их тягу к культуре: «Копты, как и древние египтяне, любят писать, и теперь в Каире, что ни писарь, что ни уличный адвокат, то копт».

В 1903 г. Египет посетил известный русский гигиенист И. П. Скворцов, приехав­ший туда на I Египетский международный медицинский конгресс.

Конгресс этот был созван по инициативе русского же врача Воронова, урожен­ца Воронежской губернии, поселившегося в Египте с 1897 г. Однако задачи конгресса хозяевами страны — англичанами — были очень ограничены. «Какова цель этого кон­гресса?» — говорил в своей речи на конгрессе Ибрагим-паша-Гассан, директор Каирской медицинской школы, и отвечал: «Изучение болезней жарких стран... До недавнего времени это мало интересовало европейцев, так как их мало было на Востоке... Но теперь здесь европейские колонии умножаются. Поэтому вопрос о болезнях жарких стран приобрел большую важность и стал вопросом дня». Иначе говоря, собравшись на I Египетский международный медицинский конгресс, европейские медики были призваны защищать прежде всего здоровье европейских колонизаторов, осевших на богатой египетской земле, а не здоровье самих египтян.

Доктор Енгель в своем докладе о климате Египта указал на следующее парадок­сальное явление: в то время как «больные грудью европейцы находят здесь значи­тельное облегчение своим страданиям и даже выздоравливают», местное население Египта весьма подвержено туберкулезу. «Эта разница объясняется тем, — добавляет И. П. Скворцов, — что одни живут в Египте в очень дурных гигиенических условиях (коренные египтяне), а другие (европейцы) — в гораздо лучших».

«Медицинская (научная), помощь в Египте очень слабо развита,— пишет далее И. П. Скворцов.— Врачей нет не только по деревням, но и в некоторых городах». Но зато процветают аптеки. «В Египте нет ни своей фармакопеи (ее знал лишь средне­вековый Египет времен расцвета арабской медицины), ни специальных фарма­цевтических школ. Всякий, кто имеет свидетельство на звание фармацевта, из какой бы то ни было, страны, может открывать аптеки по всему Египту — и не одну, а любое число. Контроля за такими аптеками никакого нет и потому всевозможным зло­употреблениям дан широкий простор. Во-первых, отпуском лекарств заведуют часто совершенно невежественные люди, во-вторых, снабжение и устройство аптек часто ни­же всякой критики и, в-третьих, обман и фальсификация встречаются на каж­дом шагу».

Каковы же конечные итоги трехсотлетнего владычества турок и полуторавекового господства в Египте англо-французских колонизаторов? «Египет — одна из самых неблагополучных в медико-санитарном отношении страна».

Таковы медицинские итоги иноземного господства над талантливым и трудолю­бивым египетским народом.

Древнеегипетские папирусы.


Сведения о древнеегипетской медицине содержат­ся в восьми папирусах. В них примерно 1200 меди­цинских текстов различно­го возраста и содержания. Время написания папирусов примерно 1900 — 1250 годы до нашей эры. Наибольшее число сведений обнаружено в двух папирусах: Эберса и Эдвина Смита. Первый — своеобразная терапевтиче­ская «энциклопедия», вто­рой — хирургический спра­вочник, в котором описы­ваются 48 случаев из хи­рургической практики.

Обширный медицинский папирус древнего Египта, так называемый па­пирус Эберса, датируется началом XVIII династии (примерно 1550 г. до н.э.). В нем указывается, что врач дол­жен хорошо знать «ход сердца», от которого направляются сосуды ко всем членам, так что всякий врач — жрец богини Сохмет (богини любви, брачного плодородия и здравоохранения), касаясь головы, затылка, рук, ладони, ног — везде касается сердца, ибо от него направляются сосуды к каждому члену. В соответствии с этим при осмотре больных считалось обязательным прощупывать пульс.

Папирус Георга Эберса найден примерно в 1860 г. в Тебене (Верхний Египет) и опубликован впервые ровно 100 лет назад, в 1875 году. Папирус Эберса представляет собой полосу шириной 30 см и длиной 20 м, на ко­торой от руки написаны 110 столбцов текста. Первая публикация папируса Эберса представляет собой роскошное издание в 2 томах. На 110 таблицах в величи­ну оригинала черной и красной красками воспроизведен полностью текст древнейшей рукописи. Это воспроизведение выполнено на таком высоком полиграфическом уровне, что многие немецкие уяеные в дальнейшем работали с книгой, не заказывая в храни­лище Лейпцигского университета оригинал папируса.

Первую транскрипцию древнего письма на латинский шрифт, выполнил Л. Стерн в издании 1873 г. Позже для удобства цитирования текст был разбит историком и переводчиком В. Врещинским на 877 параграфов. Транскрипция Верщинского (1913) в значительной степени повторяет первую транскрипцию.

Переведен папирус Эберса X. Иоахимом в 1890 г. Более точный перевод принад­лежит Б. Эббеллю, опубликовавшему свою работу в 1937 г., а 20 лет спустя вышел перевод с обширными комментариями, выполненный Г. Граповым.

В папирусе Эберса со­держится огромное количе­ство рецептов, в которых упоминается около 450 бо­лезней. Лечили их более чем 700 лекарствами. Врачи пользовались материалами животного, растительного и минерального происхожде­ния. Среди них мясо, желчь и жир всех животных, в том числе и таких, как кро­кодилы. Широкое признание получил как лекарственное средство уже в те далекие времена мёд (в папирусах он упоминается до 60 раз).

В качестве лекарственных средств использовались ли­стья, кора, плоды и соки всех деревьев, травы и зла­ки, мышьяк, медь, алебастр, нефть, песок, свинцовый блеск и .многие другие ве­щества.

Папирус Эберса самый большой по объему, наиболее изученный и наиболее зна­чительный по содержанию среди известных медицинских рукописей Древнего Египта.

Древнейший из всех известных нам медицинских документов мира — па­пирус Эдвина Смита, приписываемый древнейшему египетскому врачу-полубогу Имготепу, жившему приблизительно за 3000 лет до нашего летоисчисления, говорит о том, что египтяне уже в то время были достаточно хорошо знакомы со строением человеческого тела и частично с функциями головного мозга.

Папирус Эдвина Смита открыт в то же время, что и папирус Эберса, но долго оставался почти никому не изиестным, так как находился в частной коллекции еги­петского раритета. Опубликован он только в 1930 г. и датируется также началом XVIII династии. По мнению Г. Брестида, этот манускрипт несколько старше папируса Эберса. В 1906 г. папирус Смита приобретён Нью-Йоркским историческим обществом. Он более, чем в 4 раза короче папируса Эберса; длина его 4;7 м, ширина 32 см.:Публикация самого оригинала, транскрипции и перевода принадлежит Г. Брестиду.

Три следующих папируса по содержанию и композиции близки папирусу Эберса. но менее полны. Папирус Хирст обнаружен в Верхнем Египте, впервые опубликован в 1905 г., датируется XVIII династией, но написан несколько позже, папируса Эберса. Папирус Хирст содержит 18 колонок и разбит В. Врещинским на 260 параграфов. Хранится он в Калифорнийском университете, впервые опубликован (текст, перевод, ком­ментарии) В. Врещинским в 1912 г. Берлинский папирус датируется XIX династией. Обнаружен он г. Бругшем в Саккаре, хранится в Берлинском музее (инвентарный номер 3038), содержит 24 столбца (204 параграфа ло В. Врещинскому). Ширина папаруса 20 см, длина 5,2 м. Происхождение Лондонского папируса неизвестно. Приобретен он институтом Британского королевского музея в 1860 г. содержит 19 столбцов. Ширина папируса около 17 см. длина 2,10 м. Начало и конец рукописи утрачены. Хранится он в Британском музее (инвентарный номер 10059). Папирус представляет собой палимпсест, т. е. через позднюю запись просвечивает запись бо­лее давняя. Вместе с папирусом Хирст опубликован В. Врещинским в 1912 г.

Папирус из Кахуна, посвященный женским заболеваниям, датируется примерно 1850 г. до н.э. (XII династия), ширина папируса 32 см, длина около 1 м. Он найден английским археологом Ф. Петри в 1889 г., опубликован впервые в 1898 г., хранится в университетском колледже Лондона, переведен Ф. Л. Гриффитом. Папирус Карлсберга (его ширина 10 см) представляет собой несколько обрывков рукописи, посвященной глазным болезням, содержит 3 столбца. Происхождение её неизвестно, датируетса она XIX или XX династией, хранится в египтологическом институте Копенгагенского университета, опубликована в 1939 г. Наконец, восьмой из известных медицинских па­пирусов — папирус Честер Битти. Он приобретен у частного коллекционера Британ­ским музеем (инвентарный номер 10686), его ширина 21 см, длина 1,35 м. Он дати­руется XIX династией (1300 г. до н.э.). Папирус опубликован впервые в 1935 г. в переводе А.Гардинера. Он посвящен главным образом заболеваниям с локалйзацией процесса в области anus’а.

Помимо этих 8 Папирусов, довольно обширный и ценный материал для историка медицины, Древнего Египта содержат разнообразные археологические материалы (пройзвёдения искусства, предметы быта, медицинский инструментарий и т.д.). Косвенные сведения по истории медицины можно почерпнуть из папирусов немеднцинского содержания. Бесспорно ценны для историка вообще и для историка медицины, в част­ности, также работы античных авторов, в первую очередь отца истории, географии и этнографии Геродота.

Феномен «застылости», «окаменелости» духовной и материальной культуры Египта, в частности медицинских представлений и методов лечения, неоднократно отмечался почти всеми историками. В связи с этим в настоящее время, несмотря на довольно обширные археологические материалы и письменные источники, непосредственно или косвенно касающиеся медицины страны пирамид, историку крайне трудно, а вернее, пока невозможно наметить хотя бы какие-то вехи периодизации исто­рического развития медицинских знании и врачебной практики.

Если периодизация общей истории Древнего Египта достаточно разработана египтологами и нередко приводится историками медицины в их работах, то попытки соотнести с этой периодизацией нынешние знания в области истории медицины древ­ней страны Нила оказались бы тщетными. Однако уже сегодня вырисовывается довольно полная картина состояния медицины этой древнейшей цивилизации, картина, гораздо более ясная и яркая, чем, скажем, 50 — 100 лет назад.

Особенности медицины в Древнем Египте.


В своем взгляде на жизнь и на болезни древние египтяне придерживались очень оптимистической установки: «Древние египтяне предполагали, что болезнь и смерть — это не есть естественное и необходимое явление. Они думали, что если жизнь началась, то она должна бесконечно продолжаться, если только какой-нибудь несчастный случай не прервет ее».

В борьбе с этими «несчастными случаями», нарушающими нормальное течение здоровой человеческой жизни, древние египтяне пользовались множеством лечебных средств, преимущественно из растительного царства. Папирус Эберса приводит около 800 рецептов различных лекарств, часто имеющих очень сложный состав. Назначение отдельных лекарств было весьма дифференцировано: одни лекарства при одной и той же болезни прописывались детям, другие взрослым, третьи — старикам; различные лекарства применялись в разные времена года и т. д.; обращалось внимание на место и время сбора отдельных, лекарственных растений. Большое количество лекарствен­ных растений культивировалось в специальных садах.

Любопытно, что уже в то время у египетских врачей существовала определенная специализация. Среди врачей древнего Египта была развита в значительной степени специали­зация. Греческий историк Геродот, путешествовавший по Египту в V веке до н.э., писал: «Египет изобилует врачами», причем «у египтян издавна имелись отдельные врачи по каждой части тела: каждый врач занимался только одной болезнью, а не более; все места (человеческого тела) распределялись между отдельными врачами: одни лечили глаза, другие — голову, третьи — зубы, четвертые — желудок, пятые — внутренние болезни».

На­конец, были и врачи, кото­рые занимались болезнями «неопределенного» проис­хождения. Врачам помогали санитары, массажисты и бандажисты.

При лечении простудных заболеваний египетские врачи рекомендовали зали­вать в полость носа пальмовое вино, а при кашле пользовались ингаляцией. Болезни желудка лечили слабительными или рвот­ными средствами. Лекарства не вызывали у больного не­приятного ощущения: их растворяли в пиве, вине, молоке или меде. Приготов­ляли лекарства и в виде пилюль.

Первая публикация древнеегипетского текста медицинского содержания, осу­ществленная лейпцигским профессором-египтологом Георгом Эберсом, как уже гово­рилось, 100 лет назад, отнюдь не вызывала восторга у ученых того времени. Историки медицины и врачи, пребывавшие тогда под гипнозом трудов, приписываемых полуле­гендарному Гиппократу, считали древнегреческую систему врачевания началом меди­цины всех времен и народов. И опубликованный Эберсом папирус «Книга приготовле­ния лекарств для всех частей тела» с комментариями, а также вышедший в свёт в 1890 г. перевод этого древнего текста были встречены не без скепсиса и даже с иронией.

Поводов для иронии было предостаточно. В качестве средства против насморка папирус предлагал обратиться к носастому богу Тоту со седующим заклинанием: «Вылейся, насморк, сын насморка, который разламывает кости, который разрушает череп так, что заболевают все семь отверстий в голове людей свиты Ра, которые с молитвой обращаются к Тоту. Смотри, я принес исцеляющее средство против тебя... Молоко той, которая родила мальчика... Выходи на землю, сгний, сгний четырежды!» (Thorwald). Подобными заклинаниями был пронизан весь, древнеегипетский трактат.

Абсурдной и нелепой на первый взгляд казалась и вся рецептура папируса Эберса. По крайней мере в 55 из 900 рецептов главным компонентом были испражнения различных животных, птиц и насекомых. Чего стоит такой рецепт «лекарства от чрез­мерного крика» для детей: «Мак, а также помет мух, который находится на стенах, приводятся в состояние массы и выжимаются и пьются четыре дня» (Thorwald). Для изгнания болезнетворных духов из человека рекомендовался кал львов, пантеры, гор­ного козла, газели, страуса, крокодила и т. д., при лечении рожистого воспаления предписывалось местное втирание в кожу помета осла и женской мочи (С. М. Ковнер).

Применяя кал и мочу, а также медикаменты, приготовленные из земли, ила, заплесневевшего хлеба, древнеегипетские врачи стремились изгнать из организма пациента “злых духов”. Об этом, например, свидетельствует заклинание из папируса Хирст: «О дух, мужчина или женщина, ты, который прячется в .моем мясе, в этих моих членах! Я принес этот кал. Остерегайся, ты, спрятавшийся, исчезни!» (Thorwald).

Но за теологической оболочкой этой своеобразной терапии, несомненно, стоял многовековой опыт народной медицины. По-видимому, в некоторых случаях кал, моча, ил, земля, плесень на хлебе в самом деле помогали излечить тяжелые сучаи различных заболеваний, способствовали заживлевию ран.

Не говоря уже о том, что применение мака в качестве успокаивающего средства покажется современному врачу нелепым, сегодня можно в какой-то мере понять и возможный антибиотический эффект испражнений, земли, ила и плесени, если иметь в виду сравнительно недавние исследования, открывшие для медицины наших дней эру антибиотиков. Достаточно напомнить, что один из эффективнейших антибио­тиков ауреомицин был впервые обнаружен в почве близ кладбища. Учеными доказано также, что в моче и кале содержатся антибиотические компоненты.

Ссылку на использование мочи в лечебных целях мы находим в одном из позд­них преданий в записи Геродота:

«Десять лет был он лишен зрения (речь идет о египетском царе Фероне), а на одиннадцатый год пришло к нему из города Буто прорицание оракула, что срок кары истек и царь прозреет, промыв глаза мочой женщины, которая имела сношение только со своим мужем и не знала других мужчин. Сначала царь попробовал мочу своей собственной жены, но не прозрел, а затем подряд стал пробовать мочу всех других женщин. Когда наконец царь исцелился и стал вновь зрячим, то собрал всех женщин, которых подвергал испытанию, кроме той, чьей мочой, омывшись, прозрел, в один город, теперь называемый Эрифраболос. Собрав их в этот город, царь сжог всех женщин вместе с городом. А ту женщину, от мочи которой он стал вновь зрячим, царь взял себе в жены».

Немецкие врачи, ознакомившись с папирусом Эберса, дали древнеегипетской фармации едкое и насмешливо-презрительное название «дрек-аптека», «дрек-терапия». Казалось, грекофилы и грекоманы могли торжествовать...

Тем неожиданнее была сенсационная публикация в 1930 г. так называемого па­пируса Смита, переведенного американским египтологом Г. Брестидом. Папирус Сми­та, как и папирус Эберса, датируется примерно 1550 г. до н.э., но по многим убедитёльным признакам оба манускрипта переписаны с более древних рукописей.

Хирургия в Древнем Египте.


Папирус Смита представлял собой «учебник хирургии», полностью свободный от страха перед демонами и богами. В нем не оказалось ни одного заклинания. Папирус украшают рисунки частей и органов тела до и после операции (Н. Богоявленский), что еще более усиливает впёчатление рациональности, реалистичности этого древнего манускрипта.

Хирургия в Древнем Егип­те была поставлена очень неплохо. Так, например, в папирусе Эдвина Смита, ко­нец которого, к сожалению, не сохранился, описываются методы лечения ран, пере­ломов и вывихов. Лишь в безнадежных случаях на помощь призывалась магия.

Интересно, что и методы лечения древних египтян напоминали совре­менные. Так, например, при переломах применяли шины, кровотечение останавливали прижиганием. В бо­лее поздний период египет­ские хирурги производили уже довольно сложные операции, пользуясь при этом многочисленными инстру­ментами. Об одном из набо­ров таких инструментов мы узнали благодаря настенно­му изображению на храме Ком Омбо. Изображение это предположительно сде­лано в 100 году до нашей эры. Среди инструментов: зонды, пинцеты, пилы, пакелены (инструменты для прижигания), скальпели и другие.

До публикации папируса Смита ученые не имели никакого представления о древнеегипетской хирургии, можно было думать, что в стране Нила в те давние времена знали лишь 2 операции — ритуальное обрезание и кастрацию (раздроблением, реже — кровавым путем). На косяке двери захоронения придворного вельможи эпохи 2423— 2262 гг. до н. э. запечатлена операция обрезания на 2 подростках. Процедура выпол­нялась примитивным каменным ножом представителями низшей из каст духовенства.

И вот перед учеными и врачами предстал текст, в котором давались вполне разумные с точки зрения медицины сегодняшнего дня практические советы хирургу:

«Когда ты обследуешь человека с переломом обеих ключиц и ты находишь обе ключицы, причем первый (отломок) смещен по отношению ко второму, то ты должен сказать: человек с переломом обеих ключиц — заболевание, которое я лечу. Затем ты должен положить его в вытянутом положении на спину и подложить ему что-либо свернутое между лопаток. Затем ты должен расправить его лопатки с тем, чтобы его ключицы распрямились и в местах перелома стали на место. Затем ты должен изго­товить для него две подушечки из материи. Одну ты должен положить внутри на верхнюю часть руки, а другую снизу на верхнюю часть его руки. Затем ты должен его перевязать» (Thorwald).

Тактика врача была различной в зависимости от тяжести травмы.

«Если ты пользуешь больного, у которого рана на виске и эта рана зияет, то тогда ты должен исследовать его рану; если ты найдешь его височную кость неповреж­денной, то ты должен сказать: эта рана на виске, и это страдание я буду лечить. Приложи в первый день свежего мяса и затем пользуй его ежедневно мазью и медом, пока он не излечится» (С. М. Багдасарьян).

В этом отрывке высказываются весьма трезвые прогностические соображения и даются вполне рациональные для того времени советы по лечению. В следующем на­ставлении папируса Смита прогноз совершенно иной:

«Если ты обследуешь человека с раной на голове, проникающей до кости, и его череп проломлен, открыт мозг его черепа... эти извилины подобно тем, которые возни­кают на отлитом металле, но что дрожит и трепещет под твоими пальцами, как слабое место темени ребенка, которое еще не затвердело... Под твоими пальцами возникает это дрожание и трепетание потому, что вскрыт мозг. Из обеих ноздрей идет кровь. В этом случае ты должен сказать: зияющая рана на его голове — болезнь, которую нельзя лечить» (Thorwald).

Заметим кстати, что не древние греки, как считалось когда-то, а египтяне первы­ми в истовии говорят о мозге.

В папирусе Смита 48 подобных советов-наставлений. И в каждом из них содержатся описание болезни, рекомендации по лечению, дается прогноз.

Ученым известны не только каменные ножи для произведения кастрации и обрезания, но и близкие современным металлические хирургические ин­струменты — ланцеты, пинцеты, ножи, ножницы и т. д. (С. М. Ковнер). Возможно, в Древнем Египте, как и в древней Индии и Месопотамии, практиковалась операция удаления катаракты. Во всяком случае в папирусе Эберса говорится об «открытии зре­ния в зрачках позади глаз» (С. М. Ковнер).

Больших успехов достигла в древнем Египте и травматоло­гия. Огромное строительство, все время ведшееся в Египте (пирамиды, храмы, двор­цы, ирригационные сооружения), вызывало немало травматических повреждений, что и обусловило большой прогресс для того времени травматологической науки. В папирусе Эдвина Смита подробно разбираются 48 различных разновидностей травм.

Здесь мы встречаемся, в частности, с различными способами вправления вы­вихов, со сращиванием сломанных костей, с применением хирургических швов.

Древние египтяне применяли нечто подобное современным шинам и лангетам. А столь распространенные ныне гипсовые повязки, бех которых просто немыслима нынешняя травматология, имелись у египтян в виде повязок из бинтовидных полосок холста, которые погружались перед наложением на поврежденную конечность в асфальт или затвердевающие смолы.

Изучение мумий показало, что в Древнем Египте успешно лечили переломы. В челюстях многих мумий найдены зубы, прикрепленные золотой проволокой к здо­ровым зубам (Lefebvre).

После публикации «древнейшего учебника хирургии» иначе стали относиться и к папирусу Эберса, этому древнему руководству по терапии и фармации. «Реабили­тации» папируса Эберса способствовал и выход в свет в 1937 г. нового более совер­шенного варианта его перевода с комментариями, выполненного датчанином Б. Эббеллем. Расшифровать все названия медикаментов, приведенных в папирусе Эберса, не удалось до сих пор. Но и то, что поддалось расшифровке, весьма импозантно. Да, папирус Эберса содержал не только заклинания. Помимо заговоров и заклинаний, в манускрипте было множество указаний и на вполне рациональныё методы терапии. Достаточно сказать, что египтянам была известна по крайней мере треть всех лечебных средств нашего времени.



Стоматология в Древнем Египте.


У древних египтян было хорошо развито зубоврачеб­ное дело. Уже в то время были очень распространены такие болезни, как кариес, пиорея и другие. Не слу­чайно один из древних ав­торов писал, что фараону Аменофису III много не­приятностей доставляли не только происки духовенст­ва, но и зубная боль. Обследовав мумию этого фараона, ученые установили, что он действительно тяжко страдал от болезней зубов. Древние дантисты изго­товляли превосходные амальгамы для пломбирова­ния зубов. Это подтвер­ждается тем, что во многих мумиях пломбы сохрани­лись и по сей день.

Удаляли ли в то время зубы? Вполне вероятно, хо­тя никаких доказательств на этот счет нет. Известно лишь, что наследники древ­них египетских дантистов — коптские врачи — практи­ковали удаление зубов и даже пользовались при этом обезболивающим средст­вом — лекарством, в состав которого входила чемери­ца (растение из семейства лилейных). Чемерица со­держала ядовитые алкалои­ды, которые парализуют нервную систему. Лекарст­во это прикладывали к ще­ке или десне около зуба, который хотели удалить.



Антисептика и гигиена в Древнем Египте.


Врачи Древнего Египта осознавали в какой-то мере опасность инфицирования раны и пытались бороться с воспалительными явлениями прикладыванием листьев ивы, что нисколько непротиворечит разуму, а также рекомендовали предупреждение воспалительного процесса прижиганием.

«Если ты обследуешь человека с аномалией ран, а каждая рана воспалена, она излучает против твоей руки из отверстия скопления жара; края этой раны красные и человек вследствие этого также находится в жару, то по этому поводу ты должен сказать: я лечу больного с аномалией раны. В этом случае ты должен приготовить охлаждающие средства для вытягивания жара... листья ивы...» (Thorwald).

На высоком уровне стояла древнеегипетская гигиена. Религиозные законы предписывали всем египтянам умеренность и опрятность. Египтянин должен был носить чисто вымытое полотняное нижнее белье, несколько раз в день обмываться, обязан был истреблять насекомых в своем дому. Конечно, трудно думать, чтобы все эти меры распространялись на все население Египта; дело идет, вероятно, лишь о обеспеченных слоях его, но и это говорит о высоком уровне древнеегипетской гигиены.

О высоком состоянии гигиены свидетельствует дошедшее до нас письмо еврей­ского врача-философа Маймонида (1135—1204), работавшего одно время в Египте; к египетскому султану Саладину. «Охрану здоровья здоровых» Маймонид считает са­мой важной отраслью медицины. Он упрекает современников, что они не обращают достаточного внимания на это дело. «Если бы человек, — писал Маймонид, — следил за собой так, как он следит за животными, на которых он ездит, то он был бы спасен от всяких злых недугов».

В числе самых первых гигиенических мер Маймонид рекомендует умеренность в пище, правильное чередование труда и отдыха, гимнастические упражнения, чистый воздух, пользование солнцем, бани.

Важным профилактическим и терапевтическим средством Маймонид считал под­держание хорошего душевного тонуса музыкой, смешными рассказами, приятными запахами и пр. Ухаживающие за больными,— писал Маймонид,— должны всегда сохранить веселое настроение.

Конечно, влияние всяких целебных и вредных воздействий на человеческий организм Маймонид ставил в зависимость не только и не столько от этих воздей­ствий, сколько от свойств и лечащих сил самого организма. «Смотришь,— писал он,— человеку отрезали руку до плеча и ногу выше бедра, глаза выкололи, все тело изуве­чено мечом, а он остается жив. А с другой стороны видишь человека, уколовшегося тоненькой иголкой или занозой, и он заболевает смертельным столбняком».

«Государство строго следило,— говорит другой автор, — чтобы рогатый скот, предназначавшийся для убоя, был здоров. Для этого содержался на государственный счет целый штат специалистов. После убоя органы убитого животного подвергались тщательному исследованию и на каждом осмотренном куске мяса клалась печать, как свидетельствует Геродот».

Конечно, и это свидетельство нельзя принимать целиком. Более достоверным является тот факт, что обязательный осмотр скота и мяса был организован при храмах, т. е. в основном осматривалось мясо, предназначенное для потребления жрецов.

Медикаменты в Древнем Египте.


В папирусе Эберса упоминаются препараты из мака, касии (дикой корицы), можжевельника, граната, акации, льняного семени, укропа, тмина, чеснока, латука, сельдерея, тамариска, камыша, лотоса и т.д., а также такие вещества растительного происхождения, как уксус, вино, дрожжи (“ил пива”), скипидар, мирра (смола ара­вийского мирта), касторовое масло. Из минеральных веществ в лечебных целях использовались сера, селитра, купорос, различные соли и кислоты, соединения сурьмы, малахит, ярь-медянка, микродозы меди (удар медного молотка), алебастровый порошок, уголь в виде «сажи со стен над очагом» и другие средства.

Помимо кала и мочи, испытывались и другие вещества животного происхождения — молоко женщин, бычья и рыбья желчь, жиры и даже мелкие животные целиком (например, ящерицы).

Распространены были разнообразные формы приготовления медикаментов: припарки, примочки, пластыри, промы­вания, мази, отвары, пилюли. При этом пилюли для женщин приготовлялись с до­бавлением меда, для мужчин — без меда. Применялись снадобья сложного состава, иногда включавшие до 30 кмпонентов. Как процесс приготовления лекарства, так и прием медикамента больным сопровождался чтением соответствующих каждому снадобью молитв и заклинаний (С. М. Ковнер).

Папирус Эберса не оставлял никаких сомнений в том, что египетские врачи пользовались, кроме лекарственных средств местного происхождения, и привозными из Китая, Индии, Месопотамии, Центральной и Южной Африки. Среди арсенала «импортных» снадобий встречались препараты из шалфея и шафрана, имбиря, корицы и перца (Н. Богоявленский).

Сторонники Броун-Секара,— писал один наш фармаколог в 1907 г., — найдут в рецептах папируса Эберса следы и излюбленной ими системы органотерапии в препаратах из половых органов быков и ослов.

Косметолгоия и дерматология в Древнем Египте.


Древние медики занима­лись и косметикой. В ре­цептах есть упоминания о средствах против поседения, дурного запаха изо рта, для удаления морщин и пятен с лица (морщины рекомендо­вали устранять горячим па­ром и массажем). Существо­вали и мази. В одном из па­пирусов описано их назна­чение: «Сделать старого мо­лодым».

Женщины применяли краски для ресниц и губ. Модными цветами губной помады в то время были черный и зеленый. Мужчи­ны брились бронзовыми бритвами и также прибегали к косметике. Чтобы кожа не обветривалась и не треска­лась, в нее втирали благо­вонные масла.

Сажа на гусином жире, кстати, широко применялась в древнеегипетской косметике именно такой краской знатные египтянки подводили себе глаза, придавая им путем имитации удлинения глазной щели то особое выражение, которое знакомо нам по многочисленным портретам древнего времени. Другой состав косметической краски для глаз включал изумрудного цвета порошок медной руды. Нет сомнений, что эти краски, обусловливая косметический эффект, были хорошим для того времени защит­ным средством от инфекционных заболеваний глаз, а также от палящего солнца и пыли.

Много внимания древние египтяне уделяли уходу за волосами. При этом они пользовались многочислен­ными средствами, в том числе, касторкой, которую втирали в кожу головы. Прибегали и к экзотичным лекарствам. Переведем один рецепт: «Смешать жир льва, гиппопотама, змеи, кошки и каменного барана, а затем втереть в кожу го­ловы». Однако все это, ви­димо, мало помогало, судя по тому, что очень часто в саркофагах находили не только лысых фараонов, но и их облысевших жен. Не­которые из них вынуждены были даже носить парики.

По-видимому, больше все­го древнеегипетская косме­тика преуспевала в созда­нии средств для удаления волос. Среди рецептов есть советы покинутым женам и возлюбленным, которым рекомендовалось для избав­ления от своих соперниц вмазывать им эти средства в кожу головы.

В связи с большим количеством действенных средств, применявшихся в древнем Египте против кожных болезней, историки дерматологии считают Египет родиной дерматологии.



Акушерство и гинекология в Древнем Египте.


Библия свидетельствует, что для родильниц в древнем Египте существовали специальные родильные дома, из которых посылались опытные повитухи на дом к женщинам, желавшим родить на дому. Правда, все это относилось лишь к жителям более крупных городов.

Обнаруженный при раскопках древнеегипетского города Кахуна в 1889 г. не большой (содержащий всего лишь 3 столбца текста) папирус, датируемый одними учеными примерно 2200—2100 гг. до н.э. (Thorwald), другими — приблизительной 1850 г. до н.э. (Grapow), свидетельствует о довольно развитых представлениях египтян в акушерстве и гинекологи. В этом папирусе описаны кровотечения, нарушениая менструального цикла, смещения матки, воспалительные процессы в брюшной полости и молочных железах.

Наряду с заклинаниями и ошибочными представлениями (так, египтяне считали, что матка открывается вверх) папирус из Кахуна содержит немало вполне разумных советов и рекомендаций. Вот, например, рецепт противозачаточного средства: “Листы акации, мелко растертые с финиками и медом, вводится глубоко в ее влагалище”. Недавно выяснилось, что акация содержит вид камеди, которая при растворении в воде дает молочную кислоту. А молочная, кислота — один из самых частых компонентов современных противозачаточных средств.

В папирусе из Кахуна приводится очень интересная диагностическая проба для раннего распознавания беременности и установления пола плода. «Матерчатый мешо­чек необходимо наполнить пшеницей и ячменем. Женщина должна ежедневно мо­читься на него. Если то или другое начнет давать ростки, она родит. Если давать ростки начинает пшеница, она родит малышка. Если ячмень — то девочку. Если и то и другое не дает ростков, она не родит...» (Thorwald).

Для современного врача, знакомого с работами Цондека (введение мочи жен­щины мышам) и Мангера (ускорение прорастания пшеницы и ячменя под влияньем мо­чи беременных женщин), приведенная выше выдержка из папируса, найденного в Кахуне, не покажется нелепой.

Для диагностики беременности на ранних срокак применяли, помимо упомянуто­го выше, и другие тесты: считалось, что женщина беременна, если ее рвет, когда ей, дают молоко родившей мальчика, а также если маслянистые втирания на коже женщины быстро высыхают.

В Египте издревле существовали повивальные бабки. Вероятно, в этой стране была известна операция кесарева сечения, во всяком случае, на умерших женщинах для спасения жизни младенца (С.М. Ковнер).

Египтянки рожали не лежа, а сидя. Примитивный родильный стульчак сооружялся из кирпичей, сложенных таким образом, чтобы между бедрами женщины и полом было достаточное пространство для выхода ребенка. Ложе, на которое укладывали новорожденного, также складывалось из кирпичей. «Они обмывали его, отрезали его пуповину и клали его на ложе из кирпичей» — говорится по этому поводу в папирусе Весткара.

Вообще же можно смело сказать, что древнеегипетская .медицина несла в себе зачатки не только терапии, хирургии, гинекологии и акушерства, но и многих других узких дисциплин, таких, как дерматология, оториноларингология, педиатрия, стомато­логия и т.д.

Военная медицина в Древнем Египте.


Достаточное развитие уже в те времена получила военная медицина. Военные врачи неизменно сопровождали войска в походах, разбивая на поле боя ла­зареты, располагавшиеся обычно по левую сторону от лагерей (С. М. Ковнер).

Военные врачи древнего Египта были искусными мастерами в лечении больных и раненых воинов и в производстве сложных хирургических и даже нейрохирургиче­ских операций. По свидетельству Тита Ливия, царю Птоломею Филометеру, упавшему с коня и вследствие ушиба головы лишившемуся речи, была произведена операция, приближавшаяся к трепанации черепа.



Бальзамирование в Древнем Египте.


Особенно хорошо приготовляли египтяне противогнилостные, накожные и кос­метические средства.

Свое мастерство в деле изготовления, противогнилостных веществ египтяне бле­стяще доказали бальзамированием трупов. «Невзирая на усовершенствование химии, — писал в „Военно-медицинском журнале" в 1835 г. проф. И. Т. Спасский — наше бальзамирование не станет наряду с Египтом», что еще ранее подтвердил один из первых исследователей мумий французский врач Гренвиль.



Иридодиагностика в Древнем Египте.


Диагностикой по радужке занимались египетские врачи во время правления Тутанхомона. Знаменитому жрецу фараона Ел Аксу приписывается не только слава иридодиагноста, но и заслуги в популяризации глазной диагностики, благодаря чему она распространиась из Египта в Вавилон, Тибет, Индокитай и другие регионы. Ел Акс описал диагностику по радужке на двух папирусах длинной 50 метров и шириной 1,5 метра. Они были найдены при раскопках гробнице в городе Гизе. Сейчас папирусы хранятся в Вавилонской Библиотеке. В них упоминается весьма оригинальный способ “фотографирования” радужки с помощью специальных металлических пластин, сдеанных из цинка или никеля и покрытых особой серебристой жидкостью. Такую пластину Ел Акс подносил к глазу больного на расстояние два сантиметра и держал её ровно четыре минуты, затем смазывал какой-то жидкостью и снова подносил к глазу на тридцать секунд. После химической обработки поверхности пластины изображение на ней становилось цветным. Яркие краски изображений глаз на металле сохранились до наших дней, хотя секрет “цветного фотографирования” Ел Акса так и остался не раскрытым. В усыпальнице жреца Тутанхомона было обнаружено несколько пластин с изображением глаз фараона. Они являются немым свидетельством того, что правитель Египта был болезненным человеком.

Список используемой литературы:





  1. Блинов Т.М., Гарибова Т.Л. Медицина Древнего Египта// Сов. здраво­охранение,- 1975.- № 7.- С.73-77.

  2. Вельховер Е.С. и др. Иридодиагностика.- М., 1988.- С.5-6.

  3. Вельховер Е.С. Ананьин В.Ф. Иридология.- М., 1992.- С.5-14.

  4. Мяссаев К. Медицина древних// Наука и жизнь.- 1964.- № 9.- С.82-83.

  5. Невский В.И. Египетская медицина//Фельдшер акушерка.- 1957.-№ 5.- С.29-34.

  6. Сорокина Т.С. Медицина Древнего Востока// Фельдшер к акушерка.-1983.- № 3.- С.50-51.



База данных защищена авторским правом ©zubstom.ru 2015
обратиться к администрации

    Главная страница