А. А. Чубур Основы антропологии



страница8/16
Дата29.06.2015
Размер1,54 Mb.
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   16

Тема 7. Палеолит Подесенья (для дополнительного изучения)


В 1907 г. Чернигов был избран для проведения XIV Археологического съез­да. Тогда же пришла весть об очередной находке костей мамонта в с. Мезин Кролевецкого уезда. Добытые кости с содержавшим их грунтом были доставлены на выставку. Палеоэтнолог Ф.К.Волков заметил в грунте крем­невые изделия и перед съездом пред­принял разведочные работы, установив наличие культурного слоя и собрав небольшую коллекцию кремня и костей [Волков, 1909]. Так было открыто первое в бассейне Десны палеолитическое поселение. Произведения первобытного искусства из Мезина, продемонстрированные Ф.К. Волковым на Международном конгрессе антропологов в Женеве в 1912 г., сделали Мезинскую стоянку одной из известнейших в мире.

В 1925 г. С.С. Деевым была открыта палеолитическая стоянка Супонево на окраине Брянска. Раскопки в Супонево проводились совместными усилиями местного краеведческого сообщества и столичных вузов, академических и музейных учреждений, представленных палеолитоведом П.П. Ефименко (ГАИМК), палеоэтнологом Б.С. Жуковым (МГУ), геологом Г.Ф. Мирчинком (Геологический Институт АН СССР), археологом В.А. Городцовым (ГИМ). В процессе исследований М.В. Воеводским (ученик Жукова) была открыта еще одна стоянка – Тимоновка, её исследования продолжил В.А. Городцов. На Сейме палеолит был обнаружен в 1925 г. и впервые исследован в 1930 г. в результате сотрудничества краеведов из г. Рыльска А.П. Андреева и С.К. Репиной и сотрудника ГАИМК С.Н. Замятнина и московского геолога Б.М. Даньшина.

М.Я. Рудинский (ученик Волкова, Киева) открыл ряд древних поселений близ Новгород-Северского, включая стоянку Пушкари – один из ключевых памятников Подесенья. В 1934 г. работы экспедиции Рудинского прервались в связи с политическими репрессиями. Сменивший его М.В. Воеводский (МГУ) творчески подошел к опыту проведения его учителем Б.С. Жуковым комплексных антропологических экспедиций. Его Деснинская экспедиция впервые приступила к комплексному изучению памятников древности (археологическому и естественнонаучному). Она ставила новаторскую цель: изучение всего спектра разновременных археологических памятников от палеолита до средневековья (с особым вниманием к каменному веку) в определенном историко-географическом регионе. В результате исследований 1936-40 и 1945-48 гг. резко расширились, а порой и коренным образом изменились представления о каменном веке региона. Не все выводы выдержали проверку временем, но это не преуменьшило значения исследований в целом. Отрядами в составе экспедиции были изучены такие ключевые памятники, как Чулатово 1 и 2, Новгород-Северская стоянка, (И.Г. Пидорпличко), Пушкари 1 (П.И. Борисковский), Негоино, Чулатово 2 и 3, Погон, Бугорок, Авдеево (М.В. Воеводский, В.И. Громов, М.Д. Гвоздовер) и ряд других. В октябре 1948 г. М.В. Воеводский в расцвете сил скоропостижно скончался, прекратила существование созданная им опередившая время экспедиция.

Белорусский исследователь К.М. Поликарпович с 1930 г. вел исследования палеолита Десны. В 1935-36 гг. исследовал открытую им ранее стоянку Елисеевичи. В 1940-х гг. шли новые исследования в Елисеевичах, и на стоянках Юдиново и Курово, где впервые в истории мировой науки ученому удалось обнаружить следы палеолитической архитектуры из костей мамонта.

Наступила вторая половина ХХ века. Ф.М. Заверняев (ученик Поликарповича) открыл и ввел в оборот ныне всемирно известный Хотылевский палеолит, где исследования продолжаются и поныне (К.Н. Гаврилов, А.А. Чубур). Новые раскопки были организованы в Мезине (И.Г. Шовкопляс), Елисеевичах (В.Д. Будько и Л.В. Грехова), Юдиново (В.Д. Будько, В.Я. Сергин, З.А. Абрамова и Г.В. Григорьева), Авдеево (А.Н. Рогачев, М.Д. Гвоздовер, Г.П. Григорьев), Пушкарях (В.И. Беляева). При обследовании Тимоновской стоянки и раскопках в Елисеевичах Л.В. Грехова обнаружила три новых памятника (Тимоновка 2, Карачиж, Елисеевичи 2). Успешную разведку на средней Десне провел в 1960-х гг. Ю.Г. Колосов. Многолетние полевые исследования Л.М. Тарасова позволили открыть новый палеолитический район на верхней Десне в с. Бетово. Исследования Ю.А. Липкинга, П.И. Борисковского и С.Н. Алексеева позволили изучить палеолит на территории Курска и близ Рыльска. Разведки и раскопки А.А. Чубура позволили выявить целый ряд новых палеолитических памятников близ Хотылево, а также новый палеолитический район на Сейме у с. Быки.

Рассмотрим, как же развивалась и преображалась палеолитическая культура в деснинском бассейне. Люди появились в Подесенье еще в раннем палеолите более 100 тыс. л.н. Это, несомненно, были представители палеоантропов.

Первые раннепалеолитические изделия встречены экспедицией М.В. Воеводского в 1938 г. на Средней Десне. В урочище Заровская круча у с. Чулатово было найдено во вторичном залегании 180 кремней со следами искусственного раскалывания и обработки. Тогда же Воеводский выявил ряд местонахождений (Подболотье, Араповичи, Язви, Ореховый Лог). Вслед за этим было сделано новое открытие, позволившее продвинуть край неандертальской Ойкумены еще на 150 км к северу – раннепалеолитические изделия были найдены у д.Неготино (ныне Жуковский р-н Брянской обл.). Это был прорыв в археологии Подесенья. Исследования в Неготино и Чулатово продолжаются не одно десятилетие и позволили открыть новые местонахождения раннего палеолита, среди них Неготино на Руднянке (Л.М.Тарасов) и Неготино 4 (А.А.Чубур, В.В. Миненко).

Одним из важнейших событий в отечественном палеолитоведении рубежа 1950-60-х гг. стало открытие и раскопки брянским археологом Ф.М.Заверняевым уникального местонахождения Хотылево 1. Это один из самых северных раннепалеолитических пунктов на Русской равнины. Местонахождение тянется более, чем на 1 км вдоль деснинской долины. Культурные остатки переотложены и в основном лежат в галечнике, образовавшемся более 100 тыс. л.н. Найденный материал разделен Заверняевым на два комплекса – аморфный и ашело - мустьерский. Ашело-мустьерский комплекс изделий Заверняев считает неоднородным. Основной комплекс включает нуклеусы (в т.ч. дисковидные и леваллуазские черепаховидные), заготовки, отбойники, бифасы, остроконечники, скребла, ножи, зубчатые и выемчатые орудия и др., находки относятся к рубежу ашеля и мустье. Комплекс из погребенной почвы раскопов 5-6 немногочислен и, по мнению Заверняева, близок к материалам стоянки Бетово (развитое мустье). Наиболее древний ашело-мустьерский комплекс из галечника этих же раскопов отличается наличием листовидных орудий и малым числом остроконечников. Для аморфного комплекса характерна клектонская техника расщепления, помимо отщепов и нелеваллуазских нуклеусов, в него входя отбойники из кремня, бифасы, нуклевидные, рубящие, скребловидные, выемчатые, зубчатые орудия, орудия с выступами. Почти все изделия окатаны водой. Аморфный комплекс типологически несомненно очень древний и может датироваться периодом между днепровским и московским оледенениями (более 200.000 л.н.) или ранее. Таким образом, он может оказаться одним из древнейших на Русской равнине.





С. С. Деев В. А. Городцов К. М. Поликарпович



М. В. Воеводский М. Д. Гвоздовер Ф. М. Заверняев

Мустьерская стоянка Бетово к западу от Брянска и Хотылёво лежит на большом, выходящем к Десне мысу. Анализ планиграфии и распределения находок в толще культурного слоя позволил Л.М. Тарасову прийти к выводу о том, что на вскрытой площади имелись округлое наземное жилище и мастерская по обработке кремня. Стоянка относится к периоду сильного похолодания и тундростепных ландшафтов – около 50 тыс. лет назад. Кремневый инвентарь – нуклеусы, заготовки, остроконечники, скребла, резцы, проколки, фрагмент плоского треугольного наконечника с вогнутым основанием - позволил установить связь обитателей Бетово с населением бассейнов Днестра и Дона. Близ Бетово обнаружены также мустьерские стоянки Коршево 1, 2 и 3 и Лебедевка. Культурные слои Коршевских стоянок (интервал Брёруп, около 60-70 тыс. л.н.) насыщенны кремневыми изделиями: нуклеусами, заготовками и отходами кремнеобработки и орудиями: рубящими, зубчатыми и выемчатыми, клювовидными, бифасами, обушковыми ножами, скреблами, скребками и микроскребками, проколками. В Коршево 2 отмечены также и остатки очага, заполненного золистой массой. Материалы Лебедевки отнесены к финалу мустье – рубежу верхнего палеолита.

Около 40 тыс.л.н. начинается верхний палеолит. В это время на территорию Подесенья проникают неоантропы, которые постепенно ассимилировали неандертальское население. Следы первых неоантропов в бассейне Десны открыты на стоянках Хотылево 6 (исследовали А.Н. Сорокин, К.Н. Гаврилов, А.В. Дмитроченков и А.А. Чубур) и Малая Локня (исследовал С.Н. Алексеев).

Приблизительно 23-25 тыс. л.н. новая волна переселенцев приходит из Центральной Европы. Они в совершенстве владели ударной и отжимной обработкой камня, прекрасно работали по кости, создавали великолепные образцы первобытного искусства. Следы этих людей открыты и изучены Ф.М. Заверняевым и К.Н. Гавриловым на стоянке Хотылево 2 и М.В. Воеводским, М.Д. Гвоздовер, А.Н. Рогачевым и Г.П. Григорьевым на стоянке Авдеево.

В Хотылево 2 вскрыта часть жилищно-бытового комплекса, напоминающего Центральноевропейские стоянки Павлов, Дольни Вестонице, Пшедмост. Комплекс кремневых изделий также близок к восточному граветту Моравии. На хорошо ограненных пластинах удлиненных пропорций изготовлены резцы, концевые скребки, выразительные серии пластинок и микропластинок с притупленным краем, острий граветт, атипичных наконечников с боковой выемкой, усеченные ретушью пластины и проколки. Обработанная кость Хотылево 2, как и кремень, подтверждает принадлежность памятника к Павловской ветви восточного граветта. Среди изделий – серия женских статуэток, стилизованные антропоморфные фигурки, браслеты из бивня, проколки, фибулы и пр. Нет аналогов острию с изображением мужского лица: несколькими движениями кремневого резца современник мамонтов передал пристальный взгляд, бородку клинышком, головной убор. Представляет немалый интерес и одна из древнейших флейт, сделанная из кости лебедя. Среди орнаментальных мотивов выделяется косой крест и ромб.

Совсем другой граветтийский памятник, находящий аналогии в центрально-европейских стоянках Виллендорф, Краков и др. известен в среднем течении крупнейшего притока Десны – реки Сейм. Речь идет об Авдеевской палеолитической стоянке, исследованной М.В. Воеводским., А.Н. Рогачевым, М.Д. Гвоздовер и Г.П. Григорьевым. Каждый из двух исследованных жилых комплексов представляет собой овальный объект с хозяйственными ямами и полуземлянками по периметру, и многочисленными, перекрывающими друг друга небольшими ямками и рядом очагов на площадке внутри периметра. Комплексы находят прямые аналогии в Костенках 1 и Зарайске. Размеры овалов 45х20 м и 30х15 м соответственно. Реконструкция жилых объектов до сих пор остается дискуссионной. Как и большинство памятников виллендорфско-костенковского типа, Авдеево отличается выразительным и своеобразным каменным и костяным инвентарем. Основной формой кремневой заготовки служила крупная, массивная ножевидная пластина. Среди каменного инвентаря выделяются наконечники с боковой выемкой на широкой заготовке, листовидные острия, два типа изделий с подтеской (ножей костенковского типа), микропластинки с притупленным краем, резцы и немногочисленные скребки, скребла и проколки. Костяной инвентарь и произведения искусства из кости и бивня отличаются не только своеобразием форм («тёсла»; антропоморфная и мелкая зооморфная пластика, в числе которой древнейшая из известных на Русской равнине женская статуэтка с проработанными чертами лица и деталями прически, реалистичные и стилизованные женские изображения (в т.ч. «лопаточки с навершием» и фибулы «верблюжья ножка»), две статуэтки мамонта, статуэтка носорога; браслеты; головные обручи; зооморфные булавки с ушками; ожерелья из зубов песца; флейта-манок из птичьей кости и пр.), но и своеобразием и богатством орнаментальных мотивов – косой крестик, косая и прямая клетка, короткая поперечная черточка, клиновидная насечка, прорезной зигзаг, шеврон. Статуэтки из Хотылево 2 и Авдеево дают представление об антропологическом типе населения, бывшим, судя по всему, европеоидным.

Отмечено, что серия радиоуглеродных дат Хотылево 2 заканчивается как раз там, где начинается серия дат для стоянки Пушкари 1 – на рубеже 22 тыс. лет. Возможно, она генетически связана с более ранним Хотылево, при этом в инвентаре появляется ориньякоидный компонент, что позволяет предполагать влияние на облик индустрии традиций населения Волыно-Подолья. Для пушкаревской культуры характерны узкая пластинчатая заготовка, присутствуют ножи с подтеской, наконечники с боковой выемкой. Широко представлены резцы, скребки, ориньякские острия. Отряд П.И. Борисковского в 1937-1939 гг. исследовал в Пушкарях слегка углубленное жилище 12 х 4,5 м с тремя очагами, располагавшимися по оси. При изучении устройства жилища впервые было установлено использование костей мамонта в архитектуре. Отдельные вкопанные черепа мамонта играли роль фундамента, а переплетенные концами бивни применялись в конструкции перекрытия. Раскопки В.И. Беляевой выявили рядом сходное жилище размером 3 х 3 м с одним очагом. По краям западины располагались вкопанные черепа и кости конечностей мамонта, служившие упорами для внутренних подпорок, а не фундаментом стен. Это заставило предполагать, что и в первом случае мы имеем дело с остатками трех небольших жилищ, стоявших вплотную друг к другу. Следует отметить, что на близкой в культурном отношении к Пушкарям 1 стоянке Новгород-Северский встречены антропологические останки – древнейшие части скелета неоантропа, известные в бассейне Десны, если не считать коренного зуба человека современного типа из Хотылево 2.

Очень своеобразна открытая К.М. Поликарповичем стоянка Елисеевичи на р. Судость. Небольшие полуземлянки с костно-земляными конструкциями так же, как в Костенках и Авдеево обрамляют жилую площадку поселения. Протяженность ограниченной ямами-землянками площадки с запада на восток не менее 20 м. Кремневый инвентарь представлен многочисленными резцами, а также пластинками с притупленным краем, скребками и некоторыми другими орудиями. Необычайно богат костяной инвентарь: разнообразные проколки, копалки из ребер, бусы, бивни и кости с нарезками. Особо выделяются произведения первобытного искусства – пластины из бивня мамонта (т.н. «чуринги»), покрытые чешуевидным орнаментом из шестиугольников, реалистические статуэтки женщины и мамонта. Находки из Елисеевичей вошли в сокровищницу мировой культуры. В 1940 г. антрополог Е.В. Жиров в скоплении зольной массы, взятой в Елисеевичах монолитом из раскопа 1936 г., выявил останки ребенка.





Женские статуэтки со стоянки Хотылево 2 и Елисеевичей

Среди стоянок синхронной Елисеевичам (около 16-20 тыс. л.н.) так называемой мезинской культуры мы в первую очередь назовем Мезин, а также Супонево и Быки 1. Жилища разнообразны – это и округлые полуземлянки, и наземные дома, сооруженные из большого числа костей мамонта. Объединяют их размеры – диаметр около 4-5 метров. Для каменного инвентаря характерны резцы, косые острия, стамески, разнообразные скребки, выразительные проколки с оттянутым жальцем, изделия с подтеской, долотовидные, зубчатые и выемчатые орудия, изделия с притупленным краем: пластинки, микроострия и, наконец, немногочисленные миниатюрные наконечники с боковой выемкой (наследие граветтийского эпизода) и микролиты-треугольники, игравшие роль наконечников стрел. Интересны произведения искусства, особенно яркие на стоянке Мезин. Это и стилизованные женские статуэтки (некоторые видят в них одновременно изображения птиц и фаллосов), и украшенные гравированным меандровым орнаментом шумящие и обычные браслеты, и расписанные охрой кости мамонта. Кости эти, как удалось установить академику С.Н. Бибикову – не что иное, как палеолитический ударно-музыкальный инструмент. Меандровый же орнамент удалось дешифровать В.Е. Куриленко – наши предки закодировали в узорах свой лунный календарь. Со стоянки Быки известны и довольно реалистичный амулет, изображающий носорога и, одновременно, человека (первопредка?), а также фигурки воронов, также важных персонажей первобытных мифов. В мезинскую группу памятников Подесенья входят, вероятно, ещё ряд стоянок в Быках, стоянки Октябрьское 2, Чулатово 1, Бужанка. Из Чулатово 1 известна палеоантропологическая находка – кости и фрагмент черепа неоантропа, использовавшийся в качестве чаши. Возможно, это свидетельствует о ритуальном каннибализме.



Наконец, завершает поздний палеолит Подесенья так называемая Деснинская или Среднерусская культура, весьма близкая к западноевропейскому мадлену. Она представлена такими памятниками как Юдиновские стоянки, Елисеевичи 2, Чулатово 2, Карачиж, Тимоновка 1 и 2, Курские стоянки, Быки 5 и другие. Набор орудий на памятниках беден, хотя отдаленно напоминает представленный в Мезине и в Елисеевичах: это однотипные резцы, скошенные острия, скребки, пластинки с притупленным краем, малочисленные и невыразительные проколки и долотовидные орудия. На ряде костяных изделий присутствует сетка косых ромбов в качестве основного орнаментального мотива. Обработанная кость многочисленна – это разнообразные копалки, острия, наконечники копий и стрел, бусы, проколки и, наконец, молотки из рога оленя. Среди украшений встречены и бусы из морских раковин, впрочем, имевшие место и в Мезине. Важным событием в исследовании стоянки Юдиново К.М. Поликарповичем (1947) следует считать открытие костно-земляных жилищ эпохи палеолита. Ныне их только в Юдиновое известно 4, два из них музеефицированы. Отметить палеоантропологическую находку с этого памятника (дистальный конец плечевой кости человека).
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   16


База данных защищена авторским правом ©zubstom.ru 2015
обратиться к администрации

    Главная страница