Слушаю. Ответил он очень тихо, но с нескрываемым раздражением в голосе



страница17/30
Дата24.06.2015
Размер4.33 Mb.
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   30

- Она знает, что нас вместе сегодня нашли, она и сдаст, и меня сдаст, и Вас, что Вы меня отпустили.

- Серьёзно? – Андрей с интересом посмотрел на Романенко, а та пристально смотрела на него.

- Вместе нас отпускаете, тогда скажу. – Предложила Настя.

- Подумать надо. – Ответил Краюшкин девочкам. – За двоих-то меня, вообще, уволить могут.

- Ну, думайте. – Усмехнулась Настя.

Опер и думать не стал, он просто выжидал, что бы было похоже, что думает. Лишь бы наряд приехал бы поскорее, забрал бы их, и тогда бы Андрей просто развёл бы руками, мол, извините, девочки, не успел я вас отпустить, сами кота за хвост тянули долго.

- Ладно. – Согласился он, наконец. – Говори, где Таня.

- А не обманешь?

- Нет.

- Не верю.

- Ну, это, Настя, тебе решать. Сейчас у тебя есть шанс. Маленький, но есть. Либо у тебя его нет, вообще. И не будет уже.

Теперь стали думать девочки, но думали недолго.

- Говори. – Тихо сказала Женька, легонько толкнув подругу в бок своим локтём.

- Её нет в городе. Борода увёз её к какому-то своему другу, которого не знает никто.

- Всё? – Уточнил Краюшкин.

- Всё.

- А что за друг?

- Не знаю, не видела его ни разу, но кто-то говорил, что он работал раньше на этой пилораме.

- А ты откуда знаешь, что именно так? Что увёз её Борода?

- При мне увозил. Борода не сам увозил, приехал человек и увёз её.

- На чём?

- На машине.

- Что за машина?

- Не знаю я. Иномарка белая какая-то.

- А куда?

- Не знаю точно, но в сторону Горска, по-моему. Что-то такое говорили.

- Кто говорил?

- Ну, Борода с этим другом своим.

- А как давно этот друг работал на пилораме?

- Давно, ещё зимой прошлой, он каким-то начальником тут был, а потом с хозяином поругался.

- Что ещё знаешь за этого друга?

- Да, не знаю. – Девочка пожала плечами. – Он, кажись, не русский какой-то.

- В смысле, не русский? Кавказец или азиат, или китаец, может? Кто?

- Да, я-то откуда знаю? – Возмутилась девчонка такому количеству вопросов. – Чёрный какой-то.

- Негр что ли?

- Ну, чё Вы прикалываетесь. – Настя даже засмеялась. – Не негр. Не знаю я. Может, и русский, загорел просто…

- Ну, ладно – ладно. – Согласился Андрей, понимая, что пережимать нельзя. - А ты как давно и откуда знаешь Таньку?

- Так она с моей матерью бухала.

- А мать твою как зовут?

- Томка Зеленкова.

- Настя, ты дочь Зеленковой?! – Удивился опер.

- Ну. – Спокойно подтвердила девушка.

- А фамилия почему другая?

- Так, по отцу же.

- А, ну да – Краюшкину надо было тянуть время. – Чего-то не подумал как-то, что по отцу. А отец-то где сейчас?

- На зоне. Где ему ещё быть-то?

- Ты как давно в бегах-то?

- С осени. – Ответила Настя.

- Мать-то видела?

- Так, она сидит.

- Освободилась уже. На свалке живёт.

- Ну, и пусть живёт.

- Тебе Борода не говорил что ли про неё?

- Нет. – Ответила девочка. – Да, я и не спрашивала.

- Настя, а тебе лет сколько?

- Тринадцать.

- А тебе, Женька?

- Двенадцать.

- А ты откуда про Горск знаешь, Настя?

- В смысле?

- Ну, ни про Сосновск, ни про Марьино не знаете, а про Горск знаешь.

- А так тётка у меня там жила, мамкина сестра, я маленькой была, мы ездили к ним. И они к нам приезжали.

- А почему жила? Сейчас не живёт что ли?

- Не, мамка говорила, что она пьяная замёрзла.

- Пила тоже что ли?

- Не знаю. - Пожала плечами девочка. - Я у неё один раз была только. А когда она приезжала, то пили с мамкой.

- Понятно. Значит, одной тринадцать, другой двенадцать. - Констатировал розыскник. - А выглядите на шестнадцать. Интересно.

- Не мы такие, жизнь такая.

- Какая такая?

- Тупая.

- Ишь ты. - Ишь ты ухмыльнулся Андрей.

С улицы от калитки послышался скрип автомобильных тормозов. Приехал наряд.

- Вы же обещали отпустить! – Возмущённо закричала на Андрея Настя, когда сотрудники ППС выводили их из сторожки, но тот, как и планировал изначально, лишь развёл руками

- Не успел. Долго дурочку валяла, Настя. Сама виновата, извини уж.

- Да, пошёл ты, мусор! Что бы я ещё когда-то вам что-то рассказала. Не в жизнь. Уроды!

- Одежда ваша верхняя где? - спросил Андрей.

- Да, пошёл ты, говорю! Нету у нас ничего! И мы наврали вам всё!

А Женька Романенко смеялась.

- Уроды! Суки! Мусора вонючие!

Слишком рано повзрослели эти девочки. И не так, как надо бы, повзрослели-то.

Краюшкин вышел из сторожки вслед за девочками и нарядом, прикрыл дверь поплотнее.

- Сменщик есть у тебя, дядя Вася? – Спросил он Матвеева, когда сел в патрульную машину.

- Какой ещё сменщик?

- Ну, сторожку кто будет охранять?

- Поди, ничего за ночь не случится.

- За ночь, может, и ничего, а за пару лет всякое может произойти.

- Какие пару лет?

- Ну, за укрывательство где-то так, не меньше.

- Доказать надо ещё.

- Докажем. – Заверил Городилов задержанного. – А будешь нас злить, то мы тебе и сексуальные действия с этими девочками докажем.

- Что попало Вы говорите. – Возразил Матвеев.

- Может, и так, а только не верю я, что только из чувства жалости прятал у себя в погребе этих девчонок, детдомовских.

- По себе судите, наверное.

- Ты не груби, Матвеев.

- Да, везите уж. Высплюсь хоть. А то тут собаки как залают ночью, так я просыпаюсь, и так раза по три – четыре за ночь, а днём не до сна, работать надо, вот и не высыпаюсь.

- Ты бы о сменщике позаботился бы всё-таки.

- Думаете, товарищ лейтенант? – Уточнил задержанный.

- Думаю.

- Ну, по пути к Мишке Саврасу заедем, он меня подменяет, когда надо.

- Где это?

- Да, вон, - Матвеев подбородком указал вдоль улицы, - домов через десять.

Мишка Саврас оказался щупленьким мужичком лет сорока с небольшим от роду, который жил вдвоём со своей престарелой матерью. Судя по его отёкшему лицу, пил он безбожно, но в этот раз был трезв. Выслушав Андрея, он, ничего не сказав, покорно ушёл на пилораму. Про Хрулёву и о её местонахождении в настоящее время, сказал, что ничего не знает, а у Краюшкина не было ни времени, ни оснований устраивать ему опрос с пристрастием сейчас. Да, и желания не было. На просьбу Краюшкина, сообщить хозяину пилорамы, что они задержали Матвеева по подозрению в совершении преступления, ответил лишь молчаливым кивком своей маленькой квадратной головы, на которой даже шапки не было почему-то, несмотря на декабрьские морозы.

За весь путь до УВД задержанный Матвеев Иванову младшему и слова не сказал и сидя рядом с ним, прижавшись к нему вплотную, даже не посмотрел на него, будто бы и не был с ним знаком. А в машине было тесно, даже покурить не было возможности, а хотелось.
***
В отделе Андрея с нетерпением встретил Кириллыч

- Краюшкин! Ты с ума сошёл!? У меня человек, задержанный по твоей теме, уже почти три часа сидит, без каких-либо документов, подтверждающих его розыск и арест!

- Почти не считается. – Спокойно парировал розыскник. – Вот когда пройдут эти три часа, тогда и будет катастрофа, но они ещё не прошли.

- Давай неси уже помощнику документы на арест, а не разглагольствуй.

- Кириллыч, спокойно. Сейчас всё будет.

Розыскник вместе со всей своей компанией, кроме инспекторов ГИБДД, поднялся на свой третий этаж: Иванова оставил на стуле в коридоре, попросив подождать, Матвеева с Городиловым в кабинете. Сам он долговато искал в сейфе дело на Зимина, а найдя его, наконец-то, как-то долго расшивал, что бы вынуть постановление на арест и другие необходимые документы, потом решил сразу же сшить и убрать обратно в сейф, а он старый – престарый, долго не закрывался на ключ, пришлось повозиться с ним.

Когда он спустился со всеми документами в КАЗ, прапорщик милиции Козловский с трудом сдержался, что бы не закричать за опоздание, пускай всего на две – три минуты, но именно за них, за эти минуты потом уцепились бы законники из прокуратуры.

Зимин ходил по камере туда – обратно, нервничал. Увидев Краюшкина, он зло спросил

- Что, командир? Супербандита поймал? Звёздочку теперь получишь.

- Человек способный причинить другу, не кому-то там, а другу сотрясение головного мозга, способен и на убийство первого встречного. Это называется двойная превенция.

- Мне без разницы, как и что в вашей ментовской кухне называется. По пьяни подрались, не хотел я его бить, получилось так.

- Это ещё хуже, когда ты пьёшь с человеком вместе, а потом его же и избиваешь. Ладно бы не знали друг друга, а то за одним столом ведь сидели, из одной бутылки друг другу наливали. Побратимы, можно сказать. Статистика, кстати, говорит, что большинство убийств происходит, как раз, по пьяни, и в большинстве случаев убивают друг друга именно давнишние друзья. За что? А по пьяни не поделили чего-то, и тот, который стал убийцей потом, по трезвянке, и вспомнить не может, что именно не поделили, из-за чего за ножи схватились.

- Да, мне плевать на статистку эту! – Перешёл Зимин на крик. - Ты издеваешься, командир?!

- Отнюдь. – Спокойно ответил опер.

- То есть, у нас убийцы гуляют на свободе, воры и грабители под условным, а я за простую драку в тюрьму сейчас поеду?!

- Ты не за драку поедешь, а за то, что в Суд не пришёл. Суд уважать надо.

- Хорошо бы было, если бы ещё Суд уважал простого человека! - Огрызнулся арестованный.

Краюшкин продолжал сохранять спокойствие, хотя удавалось это уже с большим трудом. Подойти бы к этому Зимину сейчас, врезать от души, что бы не орал. Но нельзя.

- Ладно, Виктор, можешь не уважать Суд, но прибыть туда был должен.

- Какой к чёрту Суд?! Это была просто драка, не больше! С каждым может быть! Ты не дрался никогда что ли?!

- Дрался. – Честно ответил Андрей. - Но на меня заявлений не писали, а на тебя твой друг написал. Ко мне-то какие претензии?

- Да, его участковый – козлина уговорил, ему раскрыть преступление надо было. Он бы кражу лучше раскрыл бы какую-нибудь, или вон наркоторговцев задержал бы. Бегунки цыганские пачками ходят около наших складов, героин расфасованный предлагают, и никому дела нет до них. А у нас половина грузчиков наркоманы! Берут у цыган этих! И всем плевать! И милиции нашей доблестной плевать! И вы хотите, что бы вас мужики простые уважали?

- Мы хотим просто жить в цивилизованном обществе, где никто никого не бьёт. И насколько мне известно из средств массовой информации, вы, наши граждане, простые люди из народа, и ты, Виктор, в том числе, хотите того же.

- Да, пошли вы на хрен со своим цивилизованным обществом! Я тебе про Фому, ты мне про Ерёму, командир! Ты, правда, не понимаешь, о чём я?!

- Всё нормально, Антон? – Спросил розыскник у помощника дежурного старшего прапорщика милиции Козловского про документы на арест Зимина и, получив утвердительный ответ от него, снова обратился к арестованному. - Понимаю, Виктор. Я понимаю. Ты понять не хочешь. Понять того, что не надо кивать на других и их поступки, надо отвечать за свои в первую очередь, за себя. Придёт время, так и с цыган спросим за наркоторговлю, хотя, вообще, это должен сделать ГосНаркоКонтроль, которому Президент, в отличие от нас, доверяет. Но тебя это меньше всего волновать должно сейчас, потому что тебе сейчас нужно ответить за своё. Ты сначала сам стань безгрешным, а потом кидай камни в нас или ещё в кого. Извини, я бы с удовольствием поговорил бы с тобой ещё, но мне работать нужно.

- Обычная ментовская отмазка, работать надо. Ну, работайте, господа менты. – Зло ухмыльнулся Виктор и сел на скамейку. – Работнички, бля. Закурить-то хоть дайте.

- Запрещено. – Ответил арестованному Козловский.

Из своего служебного кабинета Краюшкин позвонил дежурному инспектору ПДН, узнал у неё, не уехал ли ещё экипаж ППС, которому он передал детдомовских девочек и, узнав, что не уехал, попросил к трубке старшего экипажа. Старшим в эти сутки был прапорщик Лазарев Владимир, которого Краюшкин знал очень давно, вместе с ним когда-то служил во взводе ППС.

- Вовка, привет.

- Ну, привет. А то я смотрю, зазнался совсем ты, Андрюха.

- Не понял.

- Да, когда девчонок этих передавал нам, так и не поздоровался даже.

- А, ты вон про что. Извини, замотался просто.

- Да, ладно.

- Ты долго ещё у ПДНщицы будешь?

- Ну, минут десять, наверное, пока рапорта напишем. Сам же знаешь, надо же всё официально оформить. Не каждый день двоих из розыска задерживаешь. Эта, Луцик, вообще, в федеральном розыске. Хорошая палочка. Ты же на себя не будешь оформлять их задержание?

- А это зависит от полноты налитого стакана. – Пошутил Андрей.

- Ну, тогда, говори, что тебе надо. Хотя я уже и так понял.

- Правильно понял, закрыть нужного нам человека по мелкому хулиганству, которого он не совершал.

- Всё как всегда. Вам, операм большего от нас, пэпээсников, и не требуется никогда.

- Лукавишь, Вова. Мы вас иногда в засады с собой берём, даём шанс, совершить подвиг, стать Героями.

- Тоже мне, заслуга. Вас, за эти ваши засады, вообще, надо самих на пятнадцать суток всех, и так отдыха нет, так ещё вы со своими засадами, всё у вас людей не хватает.

- Не ворчи, товарищ прапорщик. В своё время, именно благодаря своему добровольному участию в постоянных оперских засадах, я смог-таки перелезть из ППС в доблестный, гвардейский, трижды краснознамённый, наш районный уголовный розыск, чем пока ещё доволен, хотя всё реже и реже.

- Ну, таких, как ты, энтузиастов, в голову ударенных, у нас во взводе больше нет. – Отшутился Владимир. – Сменял шило на мыло, ППС на уголовку. Ладно бы в штаб какой перелез бы, в главк бы, а то в уголовку районную. Нашёл, чем гордиться.

- А командир наш, Савельев Серёга, помнится, любил нас пугать, что незаменимых нет, всё уволить грозился, мол, за воротами очередь кандидатов на наши должности.

- А новый командир сейчас так же говорит. Очередь. Только где они, кандидаты эти все? Людей как не хватало во взводе, так и не хватает. Один – двое за полгода, если и придут устраиваться, так и тех медкомиссия побреет. – Рассказал старший экипажа ППС то, что и так все знали, и пообещал. - Ладно, закончим тут, и поднимусь к тебе.

Городилов ушёл к себе, Иванов младший ожидал в коридоре, и Краюшкин остался наедине с задержанным Бородой.

- Ну, что Василий Аркадьевич, так и не хотите сказать нам, куда спрятали Хрулёву?

- Не знаю я ничего. – Ответил Матвеев.

- Не знаете совсем или не знаете именно для нас?

- А это имеет какое-то значение?

- Имеет. И Вы это понимаете.

Мужчина в ответ промолчал, отвернув своё лицо в сторону окна, за которым было темным – темно.

- Да, не смотрите Вы в окно, там всё равно ничего не видно. – Устало сказал Краюшкин. – И в партизана не играйте. Не та ситуация. Мы не на фронте, и я не фашист.

- А это с какой стороны посмотреть?- Усмехнулся задержанный. – Вас вон, я слышал, полицией обозвать хотят. Не зря же. Полицаи – вы и есть полицаи. У нас в Орловской области, где я рос, в войну был один полицай. Так похуже фашистов самих. Дюже люто зверствовал, сельчане рассказывали, вешать особливо любил…

- Не в ту степь пошёл, дядя Вася. – Перебил опер задержанного. – В Европе всю жизнь полиция и европейские люди как-то не сравнивают её с фашистскими полицаями. А что касается тебя лично, так ты и милиции всегда пакостил по мелочам, за отца мстил, и полиция тут не причём, тебе хоть милиция, хоть полиция, всё одно. Ты себе создал образ врага, а как этого врага будут называть, милиция, полиция или, к примеру, жандармерия, или, вообще, стрельцы, как на Руси было, тебе лично плевать. Не важно, как зовут врага, важно, что он есть, и ты мстил, мстишь и будешь мстить за отца. Только глупо это, и ты это знаешь. Поэтому давай поговорим о теме, которая нас обоих волнует. Где Хрулёва? Что за друг твой на белой иномарке за ней приезжал?

Ответить Матвеев не успел, дверь кабинета рывком открылась, и на пороге появился Пуховец. Он прошёл в кабинет, присаживаться не стал, по лицу его было видно, что будет громко кричать сейчас, что злой он.

- Там гайцы спрашивают, нужны ли тебе ещё сегодня.

- Нет.

- А чего держишь их?

- Замотался. Отпусти, пожалуйста, их, они же тебе подчиняются сегодня. И скажи, что завтра часов в восемь пусть подъезжают, часок лишний поспят пусть.

- Отпущу. – Согласился Олег и спросил. – Ну, и каковы результаты операции за прошедший день?

- Один задержанный. – Ответил Андрей.

Было видно, что Олег с трудом преодолел своё желание заорать прямо сейчас. Он медленно выдохнул и, как можно спокойнее, спросил

- Этот единственный задержанный за целый день министерской операции «Розыск», конечно, же убийца Хрулёва, которая, как оказалось, что бы мы там с тобой не думали по всему этому поводу, всё-таки до зарезу нужна следственному комитету? Я правильно понимаю? Я тебя предупреждаю, что справочки и отчёты ни кого не устроили, следственный комитет кидал сегодня камни в огород милиции, и меня начальство уже полдня поедом ест, но заметь, что я тебя звонками не беспокоил. Итак, я слушаю, Андрей. Расскажи, как ты такой весь мудрый, сегодня героически задержал убийцу.

- Нет, не задержал. Вот объяснения от опрошенных её знакомых и родственников. – Ответил розыскник, тоже с трудом стараясь сохранить спокойствие, и протягивая начальнику пачку исписанных листов бумаги. – А задержали мы Зимина Виктора Николаевича, за побои, с арестом.

- Андрей, скажи сейчас, что ты просто шутишь. – Заместитель начальника уголовного розыска продолжал ещё сохранять спокойствие, но объяснений многочисленных граждан читать не стал, а положил эту стопку бумаги на стол.

- Увы. – Ответил подчинённый.

- Выйдите, мужчина, из кабинета. – Попросил Пуховец задержанного Матвеева, давая Краюшкину понять, что сейчас будет ругаться громко и нецензурно, и посторонним людям слышать этого не надо.

- Сидеть, Матвеев! – Краюшкин первым повысил голос. – Только попробуй шевельнуться!

- Я сказал, пусть выйдет и ожидает в коридоре!

- А я сказал, пусть сидит здесь! Это мой кабинет и я буду решать, кому тут сидеть, а кому нет!

- Ты не перепутал ничего, Краюшкин?! Этот кабинет тебе Государство дало!

- Плевать! Я сказал, что этот человек сейчас будет сидеть здесь и до тех пор, пока я не решу, что с ним делать дальше!

Задержанный остался на месте.

Всё. Бомба взорвалась.

- Краюшкин! Так тебя разэдак! Ты издеваешься?!

Андрей промолчал, пытаясь переждать бурю, хотя очень хотелось заорать в ответ.

- Я тебя спрашиваю, ты издеваешься?! Какой Зимин?! Какие побои?! Тебе какая задача поставлена была?! Что ты молчишь?! Отвечай, когда с тобой руководитель разговаривает!

- Я не издеваюсь! Зимин – такой же преступник, как и Хрулёва! И так же должен сидеть в тюрьме! И в розыске он больше года находился! – Розыскник не сдержался. - Задача мне была поставлена, поймать Хрулёву до конца операции «Розыск», но операция ещё не кончилась, завтра целый день ещё! И, вообще, если она так уж нужна комитетчикам, то зачем же они тогда её отпускали под подписку? Они же даже на санкцию её не представляли! Почему?

- Не твоего ума дело, товарищ лейтенант!

- Конечно, не моего! Они там, в своём комитете все процессуально самостоятельные, не то, что мы тут, подневольные, нам приказ дали, мы под козырёк и бегом исполнять! Как в том новом мультфильме про Илью Муромца с Соловьём Разбойником! Мы бандюков ловим, а они их отпускают, а потом нам говорят, что то дела государственные и нас не касаются! А потом снова их к нам в розыск! И не надо на меня орать, товарищ капитан!

- Ты – идиот, Андрей! Тебя на ЦПД надо! Какой-то мультик приплёл! У тебя с нервами полный бардак! – Продолжал кричать молодой руководитель.

- Тебя вместе со мной! – Парировал лейтенант.

- Ты как себе позволяешь разговаривать с начальством!?

- Как того заслуживает начальство!

- Прекрати орать! – Потребовал Олег.

- И ты тоже прекрати!

- Что?!

- Что слышал!

- На тебя целый день работает целый экипаж ГИБДД, областной ГИБДД, заметь. – Сказал Пуховец, стараясь понизить тон, успокоиться. – И я уже не говорю о Городилове, у которого своей работы выше крыши.

- А чем областная ГИБДД отличается от районного уголовного розыска? – Язвительно спросил Краюшкин. – Они что? Не менты? Или какие-то особо привилегированные, может? Пусть поработают в кои-то веки! И Городилова я не просил себе в помощь, зря оторвали человека от его работы! Могли бы какого-нибудь со штаба дать для того, что бы просто прикрыл меня в случае надобности. А то сидят в этих штабах по двадцать человек на район, а бандитов ловить некому.

- То есть ты, товарищ лейтенант, считаешь, что никто, кроме тебя не работает?! Да, ты охамел, Андрей! Ставлю тебя в известность, что у областной ГИБДД, как и у городской, как и у нас с тобой, работы своей не меньше! И у штабов тоже!

- Видел я сегодня их работу! – Ответил громко Краюшкин. – Им сказали окна сторожить, что бы жулику не дать сбежать, а они вместо этого вышли на дорогу, и давай сосновских водителей окучивать за нарушение ПДД. А как они при составлении протоколов на водителей даже по базе проверить их не могут, это, вообще ни в какие рамки. Скольких разыскиваемых они просто тупо пропустили мимо? Одного даже прав лишили за управление автомобилем в состоянии наркотического опьянения, но при этом и не подумали посмотреть, кто он такой, а он шесть лет в розыске. До сих пор ищем. Удача сама в руки шла, но ГИБДД её героически профукали. А как городские со мной летом работали, я аж чуть не заплакал, задержали вора с арестом, оставил в машине у них, мол, посмотрите, ребята, за ним, а я пока другой адрес проверю, проверил, выхожу, а они спят, повезло только, что вор устал от нас скрываться, сидел меня ждал спокойно, а эти два борова спали!
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   30


База данных защищена авторским правом ©zubstom.ru 2015
обратиться к администрации

    Главная страница