Научная конференция молодых ученых с международным



страница1/13
Дата26.06.2015
Размер1,95 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13
ГОУ ВПО «СТАВРОПОЛЬСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ

МЕДИЦИНСКАЯ АКАДЕМИЯ»

министерства здравоохранения

и социального развития РФ
СОВЕТ МОЛОДЫХ УЧЕНЫХ

И СПЕЦИАЛИСТОВ

XIX

ИТОГОВАЯ

НАУЧНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ

МОЛОДЫХ УЧЕНЫХ

С МЕЖДУНАРОДНЫМ

УЧАСТИЕМ
c ТЕЗИСЫ ДОКЛАДОВ d

Ставрополь 2011

УДК 615:616-08:616.57:618(082)

ББК 5Я4
Ответственный редактор

В.Н. Муравьева, ректор Ставропольской государственной

медицинской академии, профессор



Заместители ответственного редактора:

В.А.Батурин, проректор по научной и инновационной работе СтГМА, профессор

Л.П. Чередниченко, научный руководитель СМУС СтГМА, профессор

В.И. Агранович, председатель СМУС СтГМА



Члены редакционной коллегии:

В.А. Аксененко

-

зав. кафедрой акушерства и гинекологии СтГМА, профессор;


Э.Б. Арушанян

-

зав. кафедрой фармакологии СтГМА, профессор,

заслуженный деятель науки РФ;



И.В. Боев

-

зав. кафедрой психиатрии, психотерапии с курсом

неврологии СтГМА, профессор;



М.П. Водолацкий

-

зав. кафедрой челюстно-лицевой хирургии и стоматологии детского возраста СтГМА, профессор.

В.И. Ефременко

-

зав. кафедрой биологической химии СтГМА, профессор,

заслуженный деятель науки РФ;



В.И. Кошель

-

зав. кафедрой оториноларингологии СтГМА, профессор;

В.С. Никольский

-

зав. кафедрой нормальной физиологии СтГМА, профессор;

Т.Б. Сергеева
.

Изд.: СтГМА, 2011. – ___ с.




-

зав. кафедрой философии, социологии и культурологии СтГМА, профессор;



ISBN__________
В сборнике представлены тезисы работ XIX Итоговой научной конференции молодых ученых с международным участием Ставропольской государственной медицинской академии, Российского государственного медицинского университета имени Н.И. Пирогова, Астраханской государственной медицинской академии, Кубанского государственного медицинского университета, а также молодых ученых – практикующих врачей из Германии (Frauenklinik der St.-Anna-Schwestern, Ellwangen) и Анголы (Luena State Hospital, Moshiko), посвященные актуальным вопросам теоретической и практической медицины.

 Ставропольская государственная

медицинская академия, 2011





I


АКУШЕРСТВО

И

ГИНЕКОЛОГИЯ


А. А. Дубовой,

Ф. Р. Тоторкулова

Кафедра акушерства и гинекологии СтГМА,



научный руководитель – профессор В.А. Аксененко
МАРКЕРЫ ЭНДОЕЛИАЛЬНЫХ ДИСФУНКЦИЙ

КАК ПРЕДИКТОРЫ РАЗВИТИЯ ГЕСТОЗА
Маркеры эндотелиальной дисфункции (МЭД) – вещества, синтезируемые эндотелием, либо являющиеся его элементами, содержание которых изменяется при повреждении эндотелиоцитов (Айламазян Э.К., 2008). Их активность изменяется при многих патологических состояниях, в первую очередь, сопровождающихся повреждением сосудов (Nadar S.K. et al., 2004). В настоящее время признано, что в основе патогенеза гестоза лежит развитие системного эндотелиоза, поэтому представляется интересным изучение МЭД относительно этого осложнения беременности: как после его манифестации – в качестве одного из дополнительных критериев оценки его тяжести – диагностика, так и до проявлений гестоза у женщин с повышенным риском его развития в качестве скрининга (Солоницын А.Н., 2008).

Целью исследования явилось выявление МЭД, отражающих степень эндотелиального поражения, и в тоже время являющихся специфичными для гестоза. Для этого проведен литературный обзор российских и зарубежных источников (монографий, публикаций, статей), опубликованных с 2000 по 2010 год включительно, посвященных проблеме эндотелиальной дисфункции.

Полученные результаты. За последнее десятилетие выделено более 20 МЭД. При гестозе имеет место изменение содержания активности большого количества веществ (фактор фон Виллебранда, фибронектин, гомоцистеин, эндотелин, тромбомодулин, эндоглин и другие), однако специфичность доказана лишь для некоторых. Высказано предположение, что васкуло-эндотелиальный фактор роста (VEGF) может играть ключевую роль в патогенезе гестоза (Unemori E. Et al., 2009; Semczuk-Sikora A. et al., 2007; Shaarawy M., 2005), причем установлена целесообразность использования VEGF в качестве скринингового маркера гестоза при сроке гестации менее 34 недель, когда специфичность и чувствительность теста намного выше (Tripathi R. et al., 2008). Содержание плацентарного фактора роста (PlGF) прямо пропорционально сроку манифестации гестоза (Savvidou M.D. et al., 2008) и обратно пропорционально величине систолического АД и протеинурии (Purwosunu Y. et al., 2009; Chappell L.C. et al., 2002). Растворимые молекулы адгезии сосудистого эндотелия (sVCAM-1) и молекулы межклеточной адгезии (sICAM-1) – важные маркеры повреждения эндотелиоцитов, повышение их содержания говорит о высоком риске развития гестоза и его осложнений (Strijbos M.H. et al., 2010; Vadachkoria S. et al., 2006, 2004; Carr D.B. et al., 2001).

Выводы. Маркеры эндотелиальной дисфункции являются объективными показателями эндотелиального поражения при гестозе. С целью внедрения в практику МЭД необходимо дальнейшее изучение характера изменений указанных выше маркеров.




И. В. Телегина

Кафедра акушерства и гинекологии СтГМА,



научный руководитель – доцент Р. В. Павлов
СОВРЕМЕННЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ

О ПРОЦЕССЕ ЗАЖИВЛЕНИЯ РАНЫ НА МАТКЕ
Распространённость проведения операции кесарева сечения (ОКС) в России за последнее десятилетие возросла в несколько раз. На определенном этапе рост частоты оперативного родоразрешения сопровождался снижением материнской и перинатальной заболеваемости и смертности, однако, на сегодняшний день многие исследователи отмечают, что неоправданное увеличение частоты этой операции приводит к серьезным негативным последствиям. С целью снижения материнской заболеваемости и смертности целесообразно проведение консервативного родоразрешения беременных с операцией кесарева сечения в анамнезе, одним из основных условий для которого является наличие «состоятельного» рубца на матке. Согласно результатам анализа дынных литературы, оценка состояния рубца на матке должна проводиться до наступления последующей беременности, так как она требует использования инвазивных методов диагностики (метрография, гистероскопия), однако, в современных условиях это требование практически не выполняется. Диагностика состояния рубца на матке во время беременности затруднительна, а используемые методы (в том числе ультразвуковое исследование) обладают низкой прогностической значимостью. В связи с этим актуальным является изучение процессов заживления раны на матке в раннем послеоперационном периоде с целью поиска дополнительных прогностических критериев оценки состояния рубца на этапе его формирования.

Для процесса регенерации, независимо от органа, характерен ряд общих закономерностей: он представляет собой комплекс последовательных местных изменений и связанных с ними многочисленных общих реакций. Течение репаративных процессов определяется большим числом факторов, к которым относятся: состояние макроорганизма и характер микрофлоры родовых путей перед операцией, длительность операции и кровопотеря, методика зашивания разреза на матке и тип шовного материала, проведенная в пред-, интра- и послеоперационном периоде антибактериальная терапия и т.д.

Раневой процесс, в результате которого образуется рубцовая ткань, сопровождается сложными многокомпонентными взаимодействиями клеточных элементов. Взаимосвязь клеток осуществляется через цитокины. Большинство авторов полагают, что формирование патологических рубцов связано с нарушением корреляции синтеза и распада коллагена, при этом ведущую роль в патологическом образовании соединительной ткани играют нарушения во взаимоотношениях между фибробластами и макрофагами, следовательно, изучение межклеточных взаимодействий на локальном уровне играет основополагающую роль в понимании процесса заживления раны на матке.

Таким образом, детальные сведения о процессе заживления раны на матке и факторах, определяющих его течение, позволят контролировать и регулировать репаративные процессы, так как создание оптимальных условий является определенной гарантией полноценности рубца на матке, что чрезвычайно важно для прогноза исхода последующих беременностей и родов.




И. В. Телегина

Кафедра акушерства и гинекологии СтГМА,



научный руководитель – доцент И. Г. Нежданов
РАЗРЫВЫ МАТКИ ПО РУБЦУ ПОСЛЕ ОПЕРАЦИИ

КЕСАРЕВА СЕЧЕНИЯ: СОВРЕМЕННЫЙ АСПЕКТ
Распространённость проведения операции кесарева сечения (ОКС) в России за последнее десятилетие возросла в 3 раза. Отмечается рост числа разрывов матки в структуре акушерских осложнений, который, в первую очередь, обусловлен увеличением частоты ОКС, так как гистопатические изменения миометрия при «несостоятельном» рубце на матке в настоящее время являются ведущими в генезе разрывов.

Целью данного исследования являлось изучить клинические особенности разрывов матки по рубцу после ОКС в современных условиях.

За период с 2007 по октябрь 2010 года в условиях ГУЗ «Ставропольский краевой клинический перинатальный центр» (СККПЦ) были родоразрешены 1866 пациенток с рубцом на матке после ОКС. 1647 пациенток родоразрешены абдоминальным путем в плановом порядке либо запланировано. У 219 (11,7%) женщин проводилась попытка консервативного родоразрешения, у 190 (86,7%) из них роды успешно завершились через естественные родовые пути, 29 (13,3%) пациенток были экстренно прооперированы в родах. С 2007 по октябрь 2010 года в СККПЦ имели место 28 разрывов матки по рубцу после ОКС, из них 5 (18%) разрывов были полными, 23 – неполными (82%). 25 (89,3%) случаев разрыва матки произошли во время беременности, 3 (10,7%) разрыва – в родах.

Во время беременности произошли 1 полный и 19 неполных разрывов матки. Случаи неполного разрыва матки сопровождались клиникой угрожающего разрыва матки, проявлявшейся болевым синдромом. Полный разрыв матки клинически протекал с болевым синдромом, также имело место ухудшение состояния плода. У всех пациенток удалось сохранить матку, в 2 случаях потребовалась перевязка внутренних подвздошных артерий вследствие интраоперационного гипотонического кровотечения. При неполных разрывах матки случаев перинатальной смертности не было, один случай полного разрыва матки сопровождался антенатальной гибелью плода.

Разрывы матки по рубцу при проведении консервативного родоразрешения во всех случаях были полными. Следует отметить следующие особенности: у всех пациенток данные роды через естественные родовые пути после ОКС были впервые. Продолжительность первого периода родов составила, в среднем, 6,3±43 минуты, у 2 пациенток имело место раннее излитие околоплодных вод, для обезболивания использовались различные методы, в том числе эпидуральная анестезия. В 2 случаях клиника разрыва матки проявлялась появлением специфического болевого синдрома с развитием острой интранатальной гипоксии у плода, в 1 случае разрыв был диагностирован при ручном обследовании стенок полости матки в раннем послеродовом периоде. Объем операции во всех случаях заключался в иссечении краев разрыва с последующим его ушиванием. В 2 случаях имела место интранатальная гибель плодов.

Таким образом, увеличение частоты разрывов матки по рубцу прямо пропорционально связано с увеличением частоты выполнения ОКС. Неполный разрыв матки по рубцу чаще наблюдается во время беременности, в то время как вероятность полного разрыва матки возрастает при развитии родовой деятельности. Неполные разрывы матки по рубцу в 50% случаев протекают бессимптомно, являясь интраоперационной находкой. Ведущими клиническими признаками полного разрыва матки являются появление специфического болевого синдрома и ухудшение состояния плода. Разрывы матки по рубцу не сопровождаются материнской смертностью, а показатель перинатальной смертности достоверно не превышает таковой в популяции.




А. Ю. Фунда,

А. А. Дубовой,

Ф. Р. Тоторкулова

Кафедра акушерства и гинекологии СтГМА,



научный руководитель – профессор В. А. Аксененко
Использование Системы реинфузии

аутокрови «Cell saver» в акушерстве
Массивные акушерские кровотечения занимают одно из ведущих мест в структуре материнской смертности – 15-25% (Курцер М.А. и др., 2005; Федорова Т.А. и др., 2008). Одним из самых современных методов своевременного восполнения кровопотери является система «Cell saver 5+» (Haemonetics, США).

Цель работы: оценка первых результатов применения «Cell saver».

Задачи исследования: определение основных показаний к использованию системы «Cell saver» в акушерской практике, выявление роли системы в уменьшении необходимости применения других компонентов крови.

Структура исследования: обзорное ретроспективное исследование.

База для исследования: ГУЗ «Ставропольский краевой клинический перинатальный центр», г. Ставрополь.

Описание метода: проведен анализ историй болезни женщин, родоразрешенных путем операции кесарева сечения (ОКС) с февраля 2009 (начало применение системы) по декабрь 2010 года включительно.

Ход исследования: оценивались показания к ОКС, количество койко-дней до ОКС, после родоразрешения в отделении реанимации и стационаре в целом, продолжительность операции, величина кровопотери, объем реинфузируемой крови, проводимая инфузионно-трансфузионная программа, показатели гемограммы до и после ОКС, наличие и характер послеоперационных осложнений.

Полученные результаты: Основными показаниями к использованию «Cell saver» стали состояния, подразумевающие массивную интраоперационную кровопотерю (более 30 % от ОЦК). Средний объем реинфузии аутокрови составил 30-35% объема кровопотери. Аутогемотрансфузия позволяет уменьшить объем трансфузионной терапии за счет коллоидных растворов во время операции и практически исключает необходимость переливания донорских эритроцитов. Использование аутологичных эритроцитов для восполнения кровопотери позволяет снизить частоту ДВС синдрома в 2 раза. При применении «Cell saver» наблюдается более ранняя нормализация показателей крови, резко снижается число случаев развития тяжелой анемии. Длительность пребывания в послеродовом отделение родильниц, получавших аутологичные эритроциты после тяжелого кровотечения, сокращается в среднем на 1 неделю.

Выводы: Система реинфузии «Cell saver» является эффективной, своевременной и адекватной мерой восполнения кровопотери при акушерских кровотечениях и ОКС с высоким риском массивной кровопотери.





II 


МЕДИКО-БИОЛОГИЧЕСКИЕ

НАУКИ


М.Д.Боташева

Кафедра нормальной анатомии СтГМА,



Научный руководитель – профессор А.А. Коробкеев
МОРФОФУНКЦИОНАЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

ОСНОВНЫХ ПРИТОКОВ СРЕДНЕЙ ВЕНЫ СЕРДЦА

У ЛЮДЕЙ ПОЖИЛОГО ВОЗРАСТА

Исследования сосудистого русла сердца продолжают оставаться наиболее актуальной проблемой как в практическом здравоохранении, так и в морфокардиологии. Ключевые аспекты этой проблемы – исследование сосудов сердца человека, профилактика и лечение их заболеваний. Поэтому новые факты о структурной организации сосудистого русла сердца, несомненно, составляют большой интерес.

Цель исследования - представить сравнительную характеристику морфофункциональных показателей (длины, углов схождения и отклонения левых (ЛП) и правых (ПП) притоков) основных составляющих венозных тройников средней вены (СВС) у людей пожилого возраста с вариантами распределения вен, характеризующимися преобладанием системы СВС.

Дизайн исследования. Проспективное исследование серии случаев.

Клиническая база. Исследование выполнено на кафедре нормальной анатомии человека СтГМА.

Критерии включения в исследование. Исследование выполнено на аутопсийном материале 9 сердец людей пожилого возраста обоего пола.

В комплексном исследовании субэпикардиальных отделов СВС использованы анатомические, рентгенологические, гистологические и морфометрические методы. Обработка полученных данных и их сравнительный анализ проведены с помощью оригинальных и специальных компьютерных программ (Video-Test-Morpho,2006).

Статистические методы и критерии. Полученные данные обработаны вариационно-статистическим методом, используя стандартный пакет прикладных программ.

Установлено, что субэпикардиальный отдел СВС включает в себя 3 ± 1 уровень слияния (УС). Первый УС образован в нижних отделах задней межжелудочковой борозды в результате объединения его ПП (длина 24,7 ± 0,2мм) и ЛП ( длина 27,3 ± 0,3мм). Угол их слияния составил 79,3º ±0,2. ПП и ЛП I УС образуют основной ствол II УС длиной 79,1 ± 0,2мм. ПП II УС длиной 18,6 ± 0,2мм и ЛП II УС длиной 21,1 ± 0,1мм объединяются под углом 67,1 ± 0,1.В результате слияния ПП и ЛП II УС формируется основной ствол II УС длиной 36,3 ± 0,2мм.Перед впадением в ВС образуется III УС, формирующийся из двух притоков под углом 43,2 ± 0, 3º .

Таким образом, количество углов схождения притоков СВС более 45º преобладает над количеством углов менее 45º и более 90º, углы отклонения более 45º представлены в 100% случаев.




М.Д.Боташева

Кафедра нормальной анатомии СтГМА,



Научный руководитель – проф. А.А. Коробкеев
МОРФОФУНКЦИОНАЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

ОСНОВНЫХ ПРИТОКОВ БОЛЬШОЙ ВЕНЫ СЕРДЦА

У ЛЮДЕЙ ПОЖИЛОГО ВОЗРАСТА
Патология кровообращения миокарда остаётся одной из актуальных проблем практического здравоохранения и медицинской науки. Ключевые аспекты этой проблемы - исследование сосудов сердца человека, профилактика и лечение их заболеваний. Поэтому новые факты о структурной организации сосудистого русла сердца, несомненно, представляют большой интерес.

Цель исследования – провести сравнительный анализ морфофункциональных показателей (длины, углов схождения и отклонения левых (ЛП) и правых (ПП) притоков) основных составляющих венозных тройников большой вены (БВС) у людей пожилого возраста с вариантами распределения вен, характеризующимися преобладанием системы БВС.

Дизайн исследования. Проспективное исследование серии случаев.

Клиническая база. Исследование выполнено на кафедре нормальной анатомии человека СтГМА.

Критерии включения в исследование. Исследование выполнено на аутопсийном материале 9 сердец людей пожилого возраста обоего пола.

Материал и методы. В комплексном исследовании субэпикардильных отделов БВС использованы анатомические, рентгенологические, гистологические и морфометрические метода. Обработка полученных данных и их сравнительный анализ проведены с помощью оригинальных и специальных компьютерных программ (Video-Test-Morpho,2006).

Статистические методы и критерии. Полученные данные обработаны вариационно-статистическим методом, используя стандартный пакет прикладных программ.

Результаты. Установлено, что субэпикардиальный отдел БВС включает в себя ± 1 уровней слияния (УС). Первый УС образован в результате объединения его ПП (длина 19,7 ± 0,1мм) и ЛП ( длина 24,3 ± 0,2мм). Угол их слияния составил 61,3º ± 0. 2º ПП и ЛП I УС образуют основной ствол II УС, длиной 65,3 ± 0,2мм. ПП II УС длиной 13,7 ± 0,2мм и ЛП II УС длиной 18,3 ± 0,1мм объединяются под углом 53,1 ± 0, 3º. В результате слияния ПП и ЛП II УС формируется основной ствол II УС длиной 43,0 ± 0,2мм.Перед впадением в ВС образуется III УС, формирующийся из двух притоков под углом 49,2 ± 0, 3º.

Выводы. Таким образом, количество углов схождения притоков БВС более 45º преобладает над количеством углов менее 45º- и более 90º, углы отклонения более 45º представлены в100% случаев.

Н.В.Нейжмак

Кафедра нормальной анатомии СтГМА,



Научный руководитель – профессор А.А. Коробкеев
МОРФОФУНКЦИОНАЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

ОСНОВНЫХ ПРИТОКОВ СРЕДНЕЙ ВЕНЫ СЕРДЦА

У ПОДРОСТКОВ
Большинство исследований сосудистого русла сердца человека посвящено изучению артериального русла сердца, в то время как информации о структурно-функциональной организации венозного субэпикардиального русла сердца по-прежнему недостаточно.

Цель исследования - представить сравнительную характеристику морфофункциональных показателей (длины, углов схождения и отклонения левых (ЛП) и правых (ПП) притоков) основных составляющих венозных тройников средней вены (СВС) у подростков с вариантами распределения вен, характеризующимися преобладанием системы СВС.

Дизайн исследования. Проспективное исследование серии случаев.

Исследование выполнено на кафедре нормальной анатомии человека СтГМА.

Исследование выполнено на аутопсийном материале 10 сердец подростков обоего пола.

В комплексном исследовании субэпикардиальных отделов СВС использованы анатомические, рентгенологические, гистологические и морфометрические методы. Обработка полученных данных и их сравнительный анализ проведены с помощью оригинальных и специальных компьютерных программ (Video-Test-Morpho,2006).

Полученные данные обработаны вариационно-статистическим методом, используя стандартный пакет прикладных программ.

Установлено, что субэпикардиальный отдел СВС включает в себя 2 ± 1 уровень слияния (УС). Первый УС образован в нижних отделах задней межжелудочковой борозды в результате объединения его ПП (длина 18,1 ±0,2мм) и ЛП ( длина 20,0 ±0,3мм). Угол их слияния составил 25º ±0,1º. При этом ПП I УС отклоняется на больший угол (17,5º ±0,2º) по сравнению с углом отклонения ЛП I УС (7,3º ±0,2º). ПП и ЛП I УС образуют основной ствол II УС длиной 45,5 ±0,2мм. На 45,5 ±0,1мм выше от I УС формируется II УС, образованный в результате объединения ПП длиной 12,2 ± 0,3мм с основным стволом I УС под углом 30,0°± 0,3º. При этом ПП II УС (18,1º ± 0,1º) отклоняется в большей степени, чем ЛП II УС (11,8º ±0,1º), являющийся основным стволом I УС.

Таким образом, количество углов схождения притоков СВС менее 45º (60%) преобладает над количеством углов 45º-90º (40%) и более 90º(0%), углы отклонения менее 45º представлены в 100% случаев.


Н.В.Нейжмак

Кафедра нормальной анатомии СтГМА,

Научный руководитель – профессор А.А. Коробкеев

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13


База данных защищена авторским правом ©zubstom.ru 2015
обратиться к администрации

    Главная страница